Гном почесал седую короткую бороду, с шумом отхлебнул горячий ягодный чай и снова взглянул в окно. На сей раз вид изменился, по улице, в сторону его дома, шли двое. Пара выглядела настолько комично, что Тодор хихикнул в усы. Широким шагом прямо по лужам шагала высокая незнакомка. Узкие брюки заправлены в сапоги, свободный плащ развевался по ветру, длинные серебристые волосы струились за ней, словно знамя. Во всем ее облике сквозили решительность и целеустремленность. Рядом с ней, как колобок на ножках, катилась Хельди. Поспешно семеня, она размахивала руками, указывала дорогу и одновременно поучала спутницу. Тодор не сомневался, что забавная пара держит путь к старосте Лунда, то есть к нему.

– Ты смотри, не сболтни при старосте лишнего!
– увещевала девушку Хельди.

– А что я могу сболтнуть?

– Мало ли, с тебя станется! Ты бы лучше юбку надела. Староста у нас старых правил, а ты вон как вырядилась, словно солдат в поход.

– Но ведь я и правда в походе. Знаешь, мне за Мурзика не спокойно, не стоило его запирать дома! Он может испугаться, начнет скучать.

– Совсем с ума сошла! Нельзя к старосте с твоим сфинксом идти. Помни, Тодора все уважают. Он мудрый, справедливый... но, если между нами - тот еще зануда и скряга! Все время высчитывает что-то. Говорит, для блага поселка, но я бы не поручилась. Сыновья от него сбежали, не выдержали жизни с отцом. Он хотел, чтоб они жили по старинке, как предки. Ну, вот, мы уже и пришли. Помни, милая, будь почтительна!

– Постараюсь.

Хельди взялась за дверной молоток и постучала.

Перед приходом гостей гном поднялся в библиотеку и для солидности взял в руки книгу. Будто читал.

Дверь отворила экономка, она приняла плащ и пальто у женщин и проводила их на второй этаж.

– Хозяин в библиотеке.

– Надо же!

Гном восседал на низком диванчике с томом эльфийских стихов. Поприветствовав дам, он повелел экономке сварить кофе, а книгу аккуратно поставил на полку, чтоб не помять красивый золотой переплет.

– Вы читаете на квентийском?!
– ахнула гостья.
– Я переводчица. Это очень сложный язык.

Гном промолчал. Книга досталась ему по наследству, то, что это стихи, он догадался только по расположению строк.

Теперь он рассмотрел незнакомку получше. Вблизи она оказалась куда милее: открытый взгляд, блестящие волнистые волосы, здоровый цвет лица, прямой нос и пухлые щечки. Тодор поднялся, чтобы предложить даме кресло и тут обнаружил, что в росте она превосходит его на полголовы. "Ишь ты, какая вымахала!" - с досадой подумал он, но все же галантно раскланялся, представляясь. Хельди тоже поклонилась старосте и представила гостью:

– Это бывшая невеста моего Гаша, господин староста, Кайда ее зовут. У нее к тебе дело.

Гном кивнул, сел, с важным видом погладил бороду и сказал:

– Слушаю, Кайда. Что за дело у вас ко мне?

– Извините, господин Тодор.
– Поправила девушка.
– На самом деле, я не Кайда, а Сирин.

– Что значит сирин?
– не понял гном.
– Сирины, это ведь такой род людей?

– Нет, - мелодично пропела девушка, - сирины - это не люди, мы совсем другой народ. Нас очень мало, но я не об этом. Меня зовут Сирин. Это мое имя.

– То есть как!
– ахнула Хельди, - какая еще Сирин, что за вздор ты несешь? Я же помню, когда вы с Гашем ко мне приезжали, он тебя Кайдой звал.

– Все верно, - невозмутимо ответила девушка.
– Тогда мне звали Кайда, но потом я поменяла имя. Я стала Сирин, в честь моего народа.

Тодор поджал губы и подумал, что поторопился с положительной оценкой девицы.

– Виданное ли дело менять имя, то, что дано родителями! Это что ж за новые манеры такие?

Вошла экономка. В библиотеке запахло отличным дорогим кофе. Три маленьких синих чашечки на серебряном подносе смотрелись очень красиво. Пока экономка пристраивала поднос на столик, мумми зашикала на девушку:

– Перестань, прекрати. Зачем ты это сказала?

– Я не хочу врать.
– Спокойно заметила Сирин.
– Вчера я не успела рассказать тебе, что поменяла имя, но сейчас я представилась официально. Я хочу, чтобы все знали, что я - Сирин. А родителей я люблю! Я здесь как раз из-за них.

Гном отхлебнул кофе.

– Причем тут ваши родители?

– Они пропали, и я их ищу. У меня есть сведения, что они могли пропасть здесь, в запретной зоне.

– В запретной... вон оно как!
– Тодор поставил пустую чашечку на поднос и посмотрел на девушку грозно.
– Вот что, Сирин или Кайда, как вас там? В запретную зону ходить нельзя, от того ее и назвали запретная. И в Лунде у нас никто не пропадал. Ясно?!

– Как это не пропадал?
– ахнула Хельди.
– А как же...

– Не пропадал, и все.
– Гном стукнул кулаком по столу, - а если и исчез кто, так это точно не ее родители.

– Вы не поняли, они не в Лунде пропали...
– воскликнула девушка.

– Не перебивай меня!
– гаркнул гном, но и сам замолчал, не зная, что бы еще такое добавить для пущей важности.

В глазах Сирин блеснули слезы, она упрямо дернула головой, и каскад серебристых волос упал на лицо. Тодор дрогнул, ему захотелось погладить эту серебристую копну, но девушка уже взяла себя в руки и тихо, но твердо произнесла: