Перед тем как поднести его ко рту, Максим огляделся, многолетняя привычка законопослушного гражданина, да еще и состоящего на государственной службе, давала себя знать. Но вокруг не было никого, кто мог бы воспрепятствовать незаконной торговле и употреблению незаконных напитков. Зато взгляд капитана упал на худую, высокую фигуру старика в синем плаще, прячущегося под деревом. Максим сразу узнал Зарана - торговца с рынка. Уж конечно он пришел не на танцы. Странный старик будто преследовал их. Заран поймал на себе взгляд, отступил в густую тень и поспешно ретировался. Максим даже подумал, не кинуться ли за ним следом, но что он мог инкриминировать гоблину, едва говорившему на общеконтинентальном? Какие претензии предъявить? Глупо, догнав старика, прижать его к стенке и грозно спросить: "Зачем ты ходишь за мной?" Тем временем неугомонный Куэ уже тащил Максима к скамейке, чтобы распить заветное зелье.

Крылья от "Зеленого змея", понятное дело, не выросли, зато голова поплыла. Терпкая дурманящая жидкость предала миру новые краски, жизнь повернулась радостной стороной и окружающие звуки усилились. Теперь с площадки гоп-хлопа звучал оглушительный бой барабанов и рев трубы. Во всем этом шуме угадывался четкий ритм, живой, задорный, зовущий.

На скамейке, под фонарем сидели три гоблинки, те, что купили одну бутылку на троих и еще не успели ее допить. При первом взгляде девушки походили друг на друга как сестры: поджарые чуть угловатые фигуры, короткие узкие юбки и довольно стройные ноги, облаченные по гоблинской моде: у одной в красные блестящие чулки, у другой в черные в розочку, третья вообще щеголяла голыми загорелыми ногами. На всех троих -лакированные, изрядно поношенные туфли на неимоверно высоких шпильках. Короткие, будто тесные, маечки обтягивали грудь и обнажали часть живота.

От созерцания девичьих прелестей у Максима учащенно забилось сердце. К сожалению, подойдя ближе, он обнаружил, что красивыми мордашками подружки не могут похвастать, да и взбитые, торчащие во все стороны волосы смотрелись весьма неопрятно, а уж их цвет мог шокировать любое более ранимое существо. Кроме того уши, носы и даже брови девушек были утыканы сережками самых разных форм и размеров. Максим скривился, такая мода была ему не по вкусу. Задумавшись, он отхлебнул еще из своей бутылки и неожиданно понял, что девушки вовсе не плохи, выпив еще, он решил, что они даже весьма хороши. Особенно та, что в чулочках в розочку! Пока он собирался подойти к юным леди, они мило беседовали между собой.

– Дура, - взвизгнула голоногая, - зачем бутылку на землю поставила? Сейчас все выльется!

– Сама дура!
– обиделась в розочку.
– Ослепла, что ли? Пузырь уже пуст, я последки допила. Уф! Что-то сегодня наш барыга не то набодяжил, больно воняет и пробирает мало. Сэкономил, скупендряй проклятый! Дай я лаком его гадость занюхаю.

Красночулочная порылась в сумочке и вытащила оттуда баллончик с лаком для волос.

– На! Только не лей много, а то волосы не расклеишь, придется как Лысая Натка, все под ноль стричь. Лак у нас, сама знаешь, ядреный!

– Ладно, ладно. Давай! Я сама разберусь.

Девица в розочку взяла у подруги баллончик и щедро попрыскала лаком себе на челку и затылок. Потянула носом воздух:

– Уф! Хорошо!

От лака волосы склеились, образовав сплошную жесткую корку, стало заметно, что затылок у девушки абсолютно плоский, сливавшийся с шеей. Но Максим уже допил свою бутылку, а потому никаких изъянов не заметил, напротив открытая, тонкая девичья шея пробудила в нем новый порыв желаний.

– Куэ, слышь, как бы нам к ним того... подойти?
– толкнул он товарища.

Гоблин обрадовался:

– Нет ничего проще. Пошли! Только, чур, моя рыжая!

– Рыжая, это какая?
– удивился Максим.
– Они все так покрашены, что не разберешь.

– Ну, та, что с голыми ногами, - пояснил Куэ.

Он отшвырнул в сторону свою пустую бутылку и направился к гоблинкам. Они уже встали, поправляя задравшиеся мини юбки и собираясь двинуться на "гоп-хлоп". Куэ с размаху шлепнул по попе понравившуюся ему девушку и крикнул:

– Привет, девчонки! Примите в компанию!

Гоблинка развернулась, готовясь хорошенько двинуть незнакомцу по роже, но, взглянув на Куэ, сменила гнев на милость. Не то личное обаяние, не то столичная форма спасателя сыграли свою роль, и девушка кокетливо улыбнулась, сказав на вполне сносном общем языке:

– Привет! Рискните здоровьем, присоединяйтесь! У вас сигареты есть?

Куэ протянул початую пачку. Пока девицы закуривали, Максим разглядывал новых знакомых. У гоблинки в розочках был курносый маленький носик и большие, пухлые губы, накрашенные яркой помадой. У всех троих девушек блестящие от серег уши расширялась кверху и имели маленькие мочки, приросшие к шее. Проверяя догадку, Максим перевел взгляд на Куэ. У приятеля были точно такие же уши, которых он раньше не замечал. Видимо, они являлись одной из отличительных особенностей гоблинов.

Куэ обнял свою спутницу за плечи и, приплясывая, отправился к танцплощадке. Две оставшиеся гоблинки, не сговариваясь, подхватили Макса под руки и потащили следом. Они наперебой щебетали о том, что в Оркусе всегда рады гостям и что они покажут Максиму особенности местной культуры. Максим расплывался в довольной улыбке и думал, что все складывается как нельзя лучше. Приключение ему нравились, а все мрачные истории Кир наверняка придумал специально, чтобы запугать друзей.

За высокий забор из колючей проволоки вела небольшая калитка. Она казалась еще уже из-за двух здоровенных стражников, стоящих по сторонам от нее. Оба они, по оркской моде, были бриты под ноль, их головы напоминали пеньки, вросшие в плечи, а на макушках, вместо молодой поросли, торчали жесткие щетинистые гребни, у одного черный, а у другого светло-рыжий.