Бездефектные монокристаллы, способные выдержать чудовищные напряжения в километровых конструкциях, были известны еще в двадцатом веке. А ученые Фирмы создали технологии, позволяющие получать их дешево и из самых распространенных материалов. Ведь почти всюду земля или скалы состоят в основном из кремния, кальция, углерода и железа, ну и конечно вездесущего кислорода. А разные горные породы получаются лишь разными сочетаниями этих самых распространенных на планете элементов. На использовании этого «подножного корма» и была основана строительная технология. Сначала на большой глубине, у дна подвала будущего дома, строился термоядерный реактор. Затем за счет его энергии вокруг выбирались породы и перерабатывались тут же, на месте, в строительные материалы. Дом рос одновременно вверх и вниз. Гигантский, километровой глубины, подвал был необходим, чтобы вес дома соответствовал вынутым из под него породам — сооружение как бы плавало в земле, не нарушая равновесия коры. А потом подвал использовался как вместилище экосистемы дома — для производства пищи в технологии клеточных культур, очистки воды и переработки всех отходов. Потом к ним добавили и другие производства — основу линии доставки. Так что дом-город даже кислородом снабжал себя в основном сам, за счет своих же биотехнологий и внутренних парков. Наружу выделялось лишь избыточное тепло реактора, создавая над каждым домом огромный столб теплого воздуха. Впрочем, даже тепловыделение гипердома было гораздо меньше, чем у соответствующих размеров города двадцатого века.

Конечно построить дом только из подножных материалов почти никогда не удавалось. Все зависело от конкретного состава горных пород. Что-то недостающее привозили, что-то избыточное увозили. Но это была обычно лишь малая часть используемых материалов. У современных домов сразу после пуска термоядерного реактора в путь из подвала отправлялись автоматические кроты, прокладывающие тоннели к соседним домам. Тоннельная транспортная сеть соединяла все дома одного континента, обеспечивая незаметные перевозки материалов и техники. Люди в принципе тоже могли пользоваться этими путями, но не пользовались — слишком медленно и скучно. По воздуху-то приятнее. У того первого дома внешние перевозки еще шли по обычным дорогам. Но все равно строительство произвело на французов необычайное впечатление. Тогда все были помешаны на экологии, а Фирма показала, как самая современная строительная технология может действовать не нарушая экологии. Ведь удивительным образом одним из «отходов» строительства был обычный кислород. Он высвобождался в процессе переработки горных пород и выпускался в воздух. Так что в окрестностях дома во время строительства дышалось легче, чем в лесах даже. И потом жители дома долго считали себя счастливцами, пока не появились следующие, еще более совершенные дома. Ведь на сотнях этажей на каждого жителя приходилась площадь куда большая, чем в обычных крупных, но плоских городах. А вот гигантские залы для собраний огромных толп в этих домах не проектировали. Жителям предлагалось общаться по сети или собираться в куче небольших кафешек на всех этажах и отнюдь не массовых спортзалах, где не было трибун для зрителей. Что неплохо соответствовало и традиционному индивидуализму французов, и принципу Общества: думающие люди не собираются толпами и не любят массовых мероприятий. Масса, толпа хороша для накачки политическими лидерами или поп-звездами. Но ведь накачка и надувательство — это синонимы. Зачем же думающий пойдет туда, где его будут надувать?

Гипердом произвел огромное впечатление в мире, обеспечив такую рекламу Фирме, какой не удалось бы добиться никакой покупкой телеканалов. Китай и Индия готовы были заплатить любые деньги за ноу-хау, но Фирма тогда оставила строительство и собственность на дома только в своих руках. Зато готова была строить их где угодно и в любом количестве. Были попытки подражания, но все кончилось не как с той украденной бериевскими шпионами атомной бомбой. То есть теми тысячами томов описаний различных технологий, которые якобы пересняли на пару микропленок и вывезли из Америки. Все равно эту технологию применить бы не удалось по причине отсутствия промышленной базы. Так что пришлось разрабатывать оригинальную технологию, приспособленную к своим возможностям. А вот с домами так не получилось, поскольку Фирма давно уже опережала всех остальных именно в разработке оригинальных технологий — не экономили они на образовании. Так что дома конкурентов строились очень долго, их бросали на половине, израсходовав все средства, они рассыпались сами или нарушали стабильность грунта. А дома Фирмы росли как грибы, постепенно втянув в себя почти все население Земли и распространив новый образ жизни на всю планету. Результатом этого стало кажущееся малолюдье в конце двадцать второго века отсутствие толп, массовых сборищ.

Никита уже почти уснувший наяву и стоя, продолжая качать, был очень резко вырван из своих монотонных грез — результата переутомления учебой. Это Аня схулиганила, сжала кулаки, оставив торчащими указательные и средние пальцы, заложила эти пальцы в рот и издала такой чудовищный звук, что Никита чуть не упал от неожиданности. Он вообще-то знал из старых фильмов об искусстве свистеть сквозь пальцы, но не знал никого владеющего им. И считал это искусство таким же преувеличением, как ковбойская меткость хороших парней из вестернов. А вот поди ты! Оказывается и на самом деле такое возможно. Нужно будет попросить Аню научить. Детство, конечно, перед кем теперь этим хвастаться, а хочется. А Аня, перестав свистеть, высоко подпрыгивала, размахивала руками и вообще проявляла все признаки щенячьего восторга. На кого это она так? А, вон на тех двух довольно симпатичных девиц. Наверное давние подруги. Конечно этот восторг — тоже спектакль. Здесь все играют какие-то роли, но посмотреть на это приятно. Тем более, что это подруги, не друзья.

— Никитка, ты, я вижу, и без меня справишься отлично, ты быстро учишься. — Аня с ласково и немного смущенно улыбалась Никите — Ты надуй вторую байдарку, только не забудь привязать. А я пойду поболтаю — мы два года не виделись. Я потом тебя с ними познакомлю.

Конечно Никита не стал протестовать. Хотя обещание познакомить с девушками энтузиазма у него не вызвало. Очень нужно, можно подумать, и так времени нет на личную жизнь. Даже с Аней удается видеться только по делу, хотя и живут в одной квартире. Новые знакомства при таких нагрузках скорее обуза, даже если девушки красивые. Все равно до Ани им далеко. Из всех виденных здесь, с Аней пожалуй только Беатрис могла бы сравниться с трудом, хотя она совершенно другая. Но что-то общее есть. А ведь даже Беатрис летает к Сепе в Москву, а не Сепе к ней в Мадрид, хотя и загружен сейчас заметно меньше Никиты. С этой экспедицией всем приходится здорово выкладываться, а Никите особенно. Так что этот поход ему для отдыха очень даже нужен, хорошо это Аня придумала. Жаль вот только, что все сбежали, а ему приходится вкалывать. Привилегия новичка, однако.

Когда стрелка манометра дошла до зеленой черты, байдарка звенела как хрустальный бокал. Да и сама напоминала хрустальный… нет, не бокал, конечно, а скорее селедочницу — по форме. Никита перекрыл вентили между трубками. Теперь если даже пробоина, то жесткость потеряет лишь одна деталь, а байдарка останется на плаву и сможет кое-как добраться до берега. Хотя трудно представить, что могло бы сделать пробоину в этом материале. Никита развернул вторую байдарку и забил колышки, которые на воде служили чалками, как объяснила Аня. Но не успел начать качать, как низкое еще Солнце заслонил высокий костлявый парень, чем-то похожий на Володю.

— Привет. Я наблюдатель оргкомитета. Ваши суда не соответствуют требованиям фестиваля. Так что я вынужден снять вас с маршрута. Какой у вас номер заявки?

Никита ничего не понял, отвечать ему тоже было нечего, так что он просто стал вглядываться в поляну в поисках Ани или Ербола с Сепе. Они его сюда привели, пусть они и решают вопрос. Внезапно небо над Никитой потемнело, а ноги едва не подогнулись под немыслимой тяжестью. Оказывается это Андрей Угомон, приехавший с последней электричкой, подкрался бесшумно и положил ручищу на плечо Никиты.

— Привет, Аркаш, что ты тут, маленьких что ли обижаешь?

— Привет Андрей. Да понимаешь, гранаты у них не той системы. Лодки, то есть. Сам посмотри.

— Все правильно, как в заявке. Я сам подавал — со мной они. Видишь ли, они здесь дело с бездельем мешают, к экспедиции в другую вселенную готовятся. Ну и решили вот этого чудика научить по воде ходить, а не плавать. Может в экспедиции придется. А заодно самим развлечься и ему фестиваль показать. Знакомься: это Никита Панкратов, тот самый, который из двадцатого века. Ему, сам понимаешь, все наше в новинку. В общем, оргкомитет разрешил в виде исключения.