Шрифт:
Воронок почему-то вдруг заржал, заплясал на месте.
— Что с тобой? — спросил Топало.
— Не знаю. Кажется мне, черт поблизости!
— Это ты с перепугу, никого тут нет! — успокоил его Топало и подумал, что чертенок где-нибудь за сараями спрятался, Воронок его и почуял.
Но почуял Воронок не чертенка, а черта Лысого, который сидел в бане и смотрел в окошечко.
Воронок остановился у крыльца, все еще дрожа.
Бабушка Дуся их уже на крылечке поджидала. Узнав, что Родька не может идти, распереживалась.
— Мать-то с отцом что скажут! Отправили парнишку здорового! А вы куда смотрели? — спросила она Зойку с Нюшкой.
— Черт попутал, — объяснила Зойка. — Мы и кувыркнулись.
— Хорошо голова цела, — рассудительно добавила Нюшка.
Бабушка не стала объяснять, что черти не только в лесу водятся, но и у них в доме.
Топало взял Родьку на руки и понес. Если б кто увидел! Можно подумать, что Родька сам плывет в воздухе. Но кому смотреть? И бабушка, и Зойка, и Нюшка давно к этому привыкли.
Топало положил Родьку на кровать. Бабушка осмотрела ногу.
— Ничего, — успокоила она. — До свадьбы заживет! Сейчас компресс сделаем!
Бабушка натерла Родькину ногу каким-то зельем и туго завязала пуховым платком. Стало тепло. Нога, как в печке, и сразу болеть перестала.
Нюшка увела Воронка в конюшню, к своему деду Никифору. Ясно: ей одной влетит за всех.
Зойка стала собирать на стол. Уж так проголодались, слов нет.
Топало тоже мог отдохнуть. Он надел свои любимые валенки, взял очки без линз, включил телевизор и уселся.
— Бабушка, а где пироги с грибами? — спросила Зойка. — Одни капустные. Грибных было целое блюдо!
— Где, где! — передразнил Топало. — Будто их съесть нельзя. Будто одни вы пироги любите!
— А кто еще? — спросил Родька, разлегшись в кровати.
— Кое-кто, — ответил Топало.
Вот загадка так загадка! Не могла же бабушка одна съесть все пироги!
— Тут гость приходил, — сказала бабушка, посмехаясь. — Приятель у Топало появился. Тришкой зовут.
— Он тоже на каникулы приехал? — спросил Родька.
— Местный, — сказала бабушка, все так же посмехаясь.
Зойка всех местных знала, но Тришек среди них не было. Да еще, чтоб пришел и все пироги съел!
— Пирогов вам жалко! — Топало затопал по избе. То есть одни валенки затопали. — Вот хотел тебе чего-то рассказать, — сказал он Зойке. — А сейчас не скажу. Не уговаривай! — он залез на печку. Заскрипели ступеньки лестницы.
— Ну и не говори! — сказала Зойка. — Больно нужно. Еще обижается! Какого-то Тришку привел.
— И не скажу!
Зойка с Родькой за обе щеки уплетали пироги, аппетит у них был не хуже, чем у чертенка Тришки. Поэтому Зойке некогда было продолжать разговор. «Потом все выведаю», — подумала она.
Пришел кот Филимон. Он прыгнул на печку, где лежал недовольный Топало. «Ишь, сидят, едят пироги, — ворчал он себе под нос. — Поговорить даже не хотят. Знали бы, кто вас спас. Не больно-то задавайтесь. Ревели бы сейчас в лесу…»
Ему очень хотелось рассказать про чертенка, но он ждал, когда Зойка сама начнет выспрашивать. Оттого и сердился, что она не выспрашивала.
Кот Филимон разлегся рядом с домовым на теплых кирпичах.
— Где твой противный чертенок? — спросил он Топало.
— Где ему быть? У козы Маньки.
— Я его поцарапаю, — сообщил Филимон. — Терпеть не могу чертей.
— Ты лучше мышей лови. А то совсем обнаглели.
Кот Филимон и не собирался ловить мышей. Он сделал вид, что не расслышал, что Топало сказал. Зажмурил глаза, растянулся и замурлыкал. Мур-лы, мур-лы, мур-лы!
Манька зовет на помощь
В это время надвигались серьезные события.
Стемнело. Тоненький серпик луны поднялся над лесом. Но тут же его затянуло тучами. Не мерцает ни единая звезда. Не веселит душу. Глухая ночь. Как раз для чертей.
И черт Лысый вышел из своего укрытия. На нем был старый зипунишко, на рогатой голове — шапка. Он любил так одеваться. Когда надо — легче мужичком прикинуться.
Черт огляделся. Тихо вокруг. Собаки и те не лают. Не на кого лаять. Пес Бакай спит в своей будке. Он такой старый и глухой, что никакого черта не услышит.