Ив не разделяла столь легкого отношения к предстоящей операции, поэтому предпочитала помалкивать. Шон и Кайл не беспокоили девушку, полагая, что она все еще переживает прощание с отцом. Филип догадывался об истинной причине ее подавленности и решил не касаться тревожной темы, пока не останется с женой наедине. Он понимал: им обоим будет тяжело, и днем подобный разговор окончится очередной демонстрацией их близости смущенным гвардейцам.

Время в пути летело незаметно: друзья без труда находили темы для беседы. Они тряслись в старой расхлябанной карете по весьма оживленному тракту, направляясь на запад. За скрипучей колымагой скопилась целая вереница повозок и несколько групп всадников. Бывалые путешественники стремились пристроиться поближе к крупному вооруженному отряду, направлявшемуся, вероятно, в одну из крепостей на морском побережье. Западный тракт изобиловал глухими лесными участками, и разбойники пошаливали в этих краях издавна. Но то ли Филипу и его спутникам везло, то ли отряд сопровождения хорошо выполнял свою миссию, никакие приключения в дороге им не встретились. На пятый день путешественники достигли небольшого городка на берегу Лифианы. Карету и сопровождение покинули за несколько миль до него, пересев на лошадей.

Могучая река, широкая и быстрая, катила свои воды к морю меж покрытых лесом берегов, это зрелище произвело неизгладимое впечатление на Ив. Путники подошли к пристани. Через пару часов ожидался баркас, идущий вниз по течению до самого устья. Друзья благополучно погрузились и продолжили путешествие. Утром следующего дня прибыли на побережье, а оттуда до Острова Наслаждений было рукой подать: каких-то полчаса на пароме.

Мужчины пребывали в воодушевлении от несмолкающей праздничной суеты на улицах Гейхарта. Они так и шарили глазами по зазывным вывескам кабаков и публичных домов. Ив приходилось изображать дикий восторг мальчишки, дорвавшегося до сладостей, но на душе у девушки было противно. Она с тревогой осознала, что ее чувства сильно напоминают ревность. Филип, то и дело вслух предававшийся приятным воспоминаниям, заметил, наконец, невеселый вид Ив.

– - Да ты никак хмуришься, племянничек? В чем дело?

– - Не уверен я, дядя, что меня так уж интересуют девочки, -- капризно протянула Ив, бросая томный взгляд на компанию из трех брутального вида мужчин и двух хорошеньких мальчиков, двигавшихся им навстречу.

Те тут же притормозили и стали беззастенчиво ее разглядывать.

– - Эй, малец, -- не сдержался один из них.
– - Не скучно с приятелями? У вас, кажись, вкусы разные. Давай к нам, отжарим -- не пожалеешь.

Ив изобразила живейшую заинтересованность и собиралась ответить, но в разговор вмешался Филип.

– - Шли бы вы... своей дорогой!
– - процедил он.
– - А ты, племянничек, еще раз мужикам глазки состроишь, я тебя так поучу -- неделю не только сидеть, но и ходить не сможешь.

– - Да ты, одноглазая деревенщина, хоть знаешь, что с такими, как он, делать надо?
– - поинтересовался другой любитель мальчиков.

– - Я побольше твоего в этом понимаю, потому что тремя дырками пользуюсь, а не двумя, -- усмешка Филипа не предвещала ничего хорошего.
– - Хочешь обсудить мое происхождение и место проживания, доставай меч!

Его противник тут же обнажил оружие. Ив уже десять раз пожалела о своем кокетстве, Шон с Кайлом, напротив, пребывали в состоянии радостного предвкушения.

– - Победивший получает все деньги, -- ухмылка Филипа стала еще шире.
– - И проигравшего, и его спутников.

Брутальные мужчины переглянулись, один из них сказал:

– - Давай так: победишь ты, получишь все наши деньги. Верх одержит МанО -- твой мальчишка проведет эту ночь с нами.

Ив и гвардейцы опешили от такой наглости, но Филип, хорошо знакомый с нравами Гейхарта, пару секунд полюбовался на выражение своих спутников и ответил:

– - Идет!

Поединок начался. Шон, Кайл и дочь Правителя сразу заметили: Мано умеет сражаться. Он, вероятно, был наемником или охотником за головами, а представители этих профессий знали толк во владении оружием. Но до Филипа ему оказалось далеко. Тот поиграл немного со своим противником и ловко выбил у него меч.

– - Давайте денежки, -- профессионально улыбаясь, потребовал бывший разбойник.

Мужчины демонстративно бросили кошели на землю. Филип ничуть не смутился, подошел к проигравшим с обнаженным мечом и так быстро и умело обшарил, вытащив еще два увесистых мешочка, что никто и слова вымолвить не успел.

– - А теперь, Мано, подними, то, что вы обронили, и отдай мне.

Тот беспрекословно подчинился, косясь на меч в руке одноглазого.

– - Надеюсь, вы не в претензии?
– - с издевкой поинтересовался Филип у понурившейся троицы (двое мальчиков, быстро сообразив, к чему идет, уже скрылись в уличной толпе).
– - Или кликнуть Стражей? Я готов сразиться с любым из вас еще раз. Только теперь потребую у проигравшего жизнь.

– - Нет, поединок был честным, ты выиграл то, что забрал, -- пробурчал один из брутальных мужчин.

– - Ив, мы приехали сюда не затем, чтобы я дрался из-за тебя с любителями мальчиков, -- сказал Филип, когда они отошли на достаточное расстояние от незадачливой компании.