– - Ладно, уговорил, -- проворчал Правитель, -- твоим друзьям ничего не грозит.

– - Спасибо.

– - И все же, почему ты сдался?

– - Не хотел подставлять Шона и Кайла.

– - Как трогательно! А почему ты, Ив, так спокойно к этому относишься?

– - Надеюсь вытащить его законным путем.

– - Это как же?

– - Поговорю с адвокатом, узнАю. У меня прекрасные отношения с братом лучшего адвоката в столице.

– - Ладно, удачи, -- хмыкнул Правитель.

Такой расклад его вполне устраивал: не нужно самому проявлять излишней заинтересованности в деле знаменитого разбойника. А Евангелина выжмет из адвоката все, что можно и даже больше: веревки вить из мужчин она умеет, и ради Филипа на все готова. Видимо, потому, что только ему удается вить веревки из нее. Правитель с неудовольствием вспомнил, как легко крестнику удавалось успокаивать девчонку, когда та выходила из себя или была расстроена. Да и сейчас, глядя на сидящую напротив парочку, он никак не мог решить, кто из них больше жмется к другому: он к ней или она к нему. Некоторое время ехали молча, потом Правитель спросил дочь:

– - Как тебе удалось вызволить его с каторги?

– - Элементарно: за деньги, -- с присущим ей цинизмом ответила Ив, дерзко глядя на отца.

– - И во сколько же его оценили?
– - в голосе Правителя звучала неприкрытая издевка.

– - Я сама назначила цену, чтобы не торговаться и не тратить время.

– - Сколько?

– - Полторы тысячи.

Глава государства присвистнул точно также как Филип, когда узнал сумму выкупа.

– - И как, не жалеешь?
– - с интересом спросил он.

– - Вы же видите: не жалею, -- усмехнулась дочь, давая понять, что его недовольство их близостью не осталось незамеченным.

– - Где ты взяла столько денег?

– - Продала кое-какие драгоценности.

– - Сама продала?

– - Естественно. Повторяю: мне никто не помогал.

– - Кроме твоей няни.

– - Что вы с ней сделали?
– - заволновалась Ив.

– - Ничего, еще и заплатил за услуги. Старушка уморительно прикидывается выжившей из ума.

Филип, разозленный разговором о его рыночной стоимости, хмыкнул.

– - Крестный, вы на себя не похожи, даже удачно пошутили. Раз уж вы в ударе, расскажите, как собираетесь объяснять суду, что я полгода жил во дворце и постоянно с вами общался?

– - Придется сказать правду и покаяться. Люди это любят, -- усмехнулся Правитель, глядя на угрюмого крестника.
– - А суд устроим закрытый.

– - Хорошо. Только не втягивайте Ив. Я не буду рассказывать о наших отношениях. И не желаю, чтобы ее допрашивали или вызывали как свидетеля.

– - Я и не собирался привлекать ее к этому. Но если она сама захочет...

– - Нет, не захочу, -- успокоила Ив отца.
– - Но на суде я должна присутствовать.

Филип и Правитель чуть не хором сказали:

– - Конечно!

Солнце садилось, и начинали сгущаться холодные зимние сумерки, когда путники подъехали к постоялому двору. Правитель и его пленники вышли из кареты и направились к дому, сзади следовали люди сопровождения и понурые Шон с Кайлом. Не успели они наполовину пересечь просторный двор, как входная дверь распахнулась, и оттуда быстрым шагом вышел Кендрик. Он приблизился к Правителю, низко поклонился и сказал:

– - Здравствуйте, мой лорд! Я уже стал беспокоиться и собирался с людьми отправиться вам навстречу.

– - Не зря беспокоился, -- проворчал Правитель, -- на тракте шайка разбойников орудует, а ты ни сном, ни духом. Пришлось твоей леди за меч браться.

Он усмехнулся, глядя, как изменилось лицо вассала.

– - Моей леди?
– - растерянно спросил тот.

Правитель вытолкнул дочь вперед.