— Я думаю, — сказал Дима, — что вы можете гонять эту штуку в двух режимах. Я бы не отказывался совсем от дополненной реальности. У кого-то ведь может и не получиться без нее. Зато теперь всегда есть, куда поднять сложность.

Организаторы жали нам руки и рвались проверить эту конструкцию на всех имеющихся в клубе гостях.

— Друзья мои, вы будете смеяться, но я замерз, — объявил Баклан. — Пора снова есть.

— Да ты не баклан, ты проглот! — заржал Дима. — Съедаешь в день свой собственный вес!

— Даже два! — весело согласился Баклан.

Мы распрощались с организаторами и пошли греться и обедать. Хотя бы теми же бутербродами.

Но на выходе из раздевалки нас ждало зрелище, при виде которого даже Баклан забыл про еду.

У ресторана стояли два служебных мобиля с затонированными стеклами, один с загадочной надписью «Общая безопасность», а другой с уже знакомым логотипом Министерства связности, который я успел запомнить, пока тусил с их доблестными представителями в хранилище. И четыре человека в темных комбинезонах решительно двигались к тому месту, где сидели злополучные Марш с Фантомом. Раздался резкий свист, и оба победителя конкурса оказались обмотаны в серебристые коконы, в которые на Севере упаковывали нарушителей.

— Это их за что? — подумал Баклан вслух. — За то, что нас обидели?

— Они и это успели? — раздался сзади знакомый голос. — Не берите в голову, у них будут проблемы посерьезней.

Я обернулся. У министерского мобиля стоял Вадим.

— Привет! — удивился я. — Это что же, наши злоумышленники?

— Привет, — откликнулся он. — Смешно, что и ты тоже здесь. Да, они.

— Как вы их поймали? Если не секрет, конечно?

— Да какой уж тут секрет… Все будет в новостях через пять минут. По слепку, естественно.

Вадим кивнул головой в сторону скопления декоративных кустов. Из-под них неспешно выползали два дрона с камерами, подбираясь к месту ареста и толкаясь боками.

— Один — нашего контроля, чтоб, значит, мы ничего не нарушали, а второй принадлежит новостникам, — пояснил Вадим. — Вон, конкурируют. Я бы с удовольствием прикрутил всю эту прозрачность, но в конечном счете она работает и на нас тоже.

Дрон поменьше вырвался вперед, чтобы захватить побольше деталей, но преимущество его было недолгим, второй обогнал его и встал прямо перед ним. Дрон поменьше пометался, пытаясь обойти более крупного собрата, но не преуспел, и смиренно выставил камеру сбоку.

— Они нам тут гордились, что они победители конкурса по органике. Как же они могли так наследить? — поинтересовался я.

— Очень глупо, как и все начинающие преступники. Использовали базовую маскировку слепка, объединив два своих в один общий. Это необычайно тупо, но у нас действительно ушло некоторое время, чтобы их разлепить и сопоставить с базой. Если бы они уехали за пределы Севера, скажем, вчера, мы бы с ними здесь не встретились.

— А как вы так быстро нашли образцы?

— Начали с вашего университета. Это ваши же третьекурсники, и вчера мы до них добрались. Надо сказать, что если б они явились участвовать в разборе архива, мы бы их изловили быстрее. Всех явившихся на разбор проверяли в первую очередь. Но настолько глупы они не были. Впрочем, уже все равно.

— Но почему? Зачем им это? — изумился я.

— А вот это уже другой вопрос. Разберемся.

Баклан с Димой слушали, открыв рот.

— То есть вот эти два придурка виноваты в том, что Макс не может оформить поступление?

— Можно и так сказать, — сухо улыбнулся Вадим.

— Ну и забирайте их тогда! — щедро разрешил Баклан. — Они и тут все портят.

— Заберем!

Вадим хищно усмехнулся и, прикрыв глаза ладонью от солнца, продолжил следить за сценой ловли виновников.

Коконы обмотали третьекурсников до колена, чтобы их можно было переместить своим ходом. Но Марш с Фантомом сотрудничать не желали, поэтому группа захвата разделилась на пары, каждая пара подхватила по кокону и утащила их в мобиль «Общей безопасности».

— Бывайте! — махнул нам Вадим и запрыгнул в мобиль Министерства.

— Вот это шоу! — восхитился Баклан. — Дим, определенно мы сюда не зря пришли!

Разбор хранилища занял еще пять дней, причем данные за этот год мы смогли восстановить уже к вечеру четверга, и прием заявлений на зачисление был немедленно возобновлен. Работали теперь не в две смены, а целых четыре, и утренняя начинала теперь на час раньше. Закладок больше не встретилось, а вот двойные клубки ближе к концу шли один за другим, и всем досталось как минимум по одному. А Оба сумел вытащить целых три и два из них размотал без посторонней помощи, чем тихо гордился. Правда, перехватив меня в столовой, заявил мне, что нехорошо было со стороны нашей смены вытащить все закладки и ничего ему не оставить.

— Ну извини, — заявил ему я на это. — Если бы мог, я б оставил тебе.

— В следующий раз уж будь добр, — заявил Оба и, похоже, ничуть не шутил.

В самом конце, когда выгребали клубки данных со дна хранилища, на смену вызвали только старшекурсников и меня вместе с ними. Прибыл профессор Рудник, которого я видел только на собеседовании, и показал шикарный метод подтягивания клубка к руке методом создания личной ловчей сети. Из наших такое умели только Швед с Антоном, а остальным, как и мне, пришлось учиться. Кидать сеть я научился быстро, но примерно час пришлось помучиться с тем, чтобы выхватывать только один клубок, а не горсть, потому что горсть нельзя было ни бросить, ни быстро разобрать. И пока мы все не научились соразмерять усилия с задачей, кидали сеть по одному, и если в улове оказывалось несколько клубков, раздавали их товарищам. Но в конце концов все научились. Последний клубок торжественно вытащила Зима, с чем ее поздравил Гелий и обещал подарить специальный значок победителя последнего клубка, когда у него дойдут руки заказать.