— Привет, как дела?

— Хорошо. Грейс и Кристиан в порядке. Но я чертовски устал.

— Кристиан. Сильное имя. Поздравляю, брат. Пришли мне фото малыша.

— Спасибо. — Он на пару секунд замолкает. — Слушай, я не планировал говорить об этом по телефону, но не хочешь ли ты стать крестным отцом моего сына?

На моем лице расплывается улыбка.

— Я знал, что ты меня любишь.

— Да-да, — бормочет он.

— Конечно. Для меня это будет огромной честью, — отвечаю я на его вопрос, не сводя глаз с женщины. — У меня есть хорошие новости.

— Да? Ты наконец-то покончил с картелем Рохаса?

— Пока нет. — Моя улыбка становится шире. — Я нашел свою женщину.

— О. Кто она?

Мой взгляд скользит по ней. Она выглядит чертовски уязвимой под белой простыней.

— Я не знаю.

— Что значит, ты не знаешь? — рявкает Доминик мне в ухо.

— Я нашел ее в поле, когда она пыталась от кого-то спастись. Она еще не пришла в себя.

— Так ты ничего о ней не знаешь? Ты что, совсем спятил?

— Может быть, но это не важно. — Я усмехаюсь, а когда снова заговариваю, в моем голосе звучит изумление. — Она чертовски красива.

— Будь осторожен, Сантьяго, — предупреждает он меня.

— Не беспокойся обо мне.

— Кто-то должен беспокоиться о твоей сумасшедшей заднице, — ворчит он. — Мне нужно идти. Грейс просыпается.

— Обними ее от меня, — дразню я его, потому что знаю, как сильно он ревнует свою женщину.

— Ни за что на свете.

Завершив разговор, я тихо смеюсь и качаю головой.

Как только я убираю телефон обратно в карман, женщина тихо стонет и поворачивает голову в сторону.

Я подхожу ближе и наблюдаю, как ее глаза распахиваются, но это длится всего пару секунд, после чего она снова теряет сознание.

Сиара

С трудом разлепив глаза, я смотрю на белый потолок.

Ужасные воспоминания обрушиваются на меня, и я начинаю хватать ртом воздух. Мое сердцебиение учащается, пока не начинает грохотать в груди, а затем я чувствую запах антисептика.

Я хмурюсь, потому что воздух вокруг меня свежий, без пыли и затхлости. Это сбивает меня с толку.

Я что, не в доме?

Я медленно поворачиваю голову направо, но вместо Нолана и спальни вижу аппарат, показывающий мое кровяное давление и частоту сердечных сокращений.

Где я?

Я смотрю налево, и мой взгляд останавливается на мужчине. Он удобно устроился в кресле и просматривает что-то на телефоне. Я не могу разглядеть его лица, но затем он поднимает голову, и смотрит на меня. Его глаза – смесь карего и зеленого, кольцо вокруг радужки напоминает цвет виски, а его волосы темно-каштановые и густые. На нем коричневые брюки-чинос и свободная рубашка с закатанными рукавами.

Кто он?

Я с трудом пытаюсь сесть, пока мой взгляд мечется между мужчиной и дверью, которая, кажется, ведет в коридор.

Он не двигается, но наблюдает за мной, как ястреб, и шепчет:

— Ты в безопасности. — Его голос глубокий и насыщенный, с акцентом.

Европеец или латиноамериканец?

Не могу понять.

Паника и отчаяние, сопровождавшие меня в последние месяцы, вновь охватывают меня. Я медленно качаю головой, не сводя глаз с мужчины, и осторожно сползаю с кровати. Едва мои ноги касаются пола, я бросаю взгляд то на дверной проем, то на него.

— Ты в безопасности, — повторяет он слова, которые для меня ничего не значат. — Ты в моей клинике. — Он указывает на меня. — Капельница еще не закончилась.

Я поворачиваю голову в сторону и, увидев капельницу, смотрю на трубку, торчащую из тыльной стороны моей ладони. Недолго думая, я хватаю ее и выдергиваю иглу из кожи.

Он накачал меня наркотиками?

Я слышу какое-то движение и резко поднимаю голову. Увидев, что мужчина, почти вдвое больше меня, медленно идет ко мне с поднятыми руками в жесте "я пришел с миром", я отступаю на шаг и снова смотрю на дверной проем.

Он останавливается и качает головой.

— Здесь ты в безопасности. Я не причиню тебе вреда. — Он медлит несколько секунд, а затем снова делает шаг ко мне. От этого все мое тело охватывает леденящий страх.

На мгновение мы замираем. Вокруг нас воцаряется гробовая тишина, а запах антисептика становится невыносимым.

На его губах появляется ободряющая улыбка, и, хотя я в шоке и до смерти напугана, я не могу не отметить, как он привлекателен. Он крупнее Нолана и явно сильнее.

— Как тебя зовут? — спрашивает он.

Я снова смотрю на дверь, и, откашлявшись, шепчу:

— Сиара.

— А твоя фамилия?

Я качаю головой, отказываясь сообщать ему еще какую-либо личную информацию. Я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал о Грейс.