Я тоже этого хочу.

Мой голос дрожит от слез, когда я спрашиваю:

— Ты в безопасности?

Пожалуйста. Я не вынесу, если с Грейс что-нибудь случится. Я и так едва держусь.

— Я в безопасности. Не беспокойся обо мне. Ты в порядке? Где ты? У тебя достаточно денег?

Ее слова приносят мне некоторое облегчение, и я изо всех сил пытаюсь сосредоточиться на разговоре.

— Да, — дрожащим голосом произношу я и стараюсь говорить спокойно, когда лгу: — Я осматриваю все достопримечательности Европы, пока... э-э-э... пытаюсь найти себя. — Мой взгляд устремляется на лицо Нолана, и, заметив нетерпеливый взгляд, я быстро спрашиваю: — Где ты?

— Я с Домиником.

Нет, нет, нет, нет!

— Господи, Грейс! — Кричу я, а сердце уходит в пятки. — Я... что... Боже. Мне так жаль.

— Ш-ш-ш... — успокаивает она меня, и ее голос звучит совершенно спокойно. — Я правда в порядке. До сих пор он был ко мне исключительно добр.

С трудом веря в это, я бормочу:

— Да, конечно. — Нолан жестом велит мне повесить трубку, после чего сильнее прижимает дуло пистолета к моему виску. Не зная, в последний ли раз я говорю с Грейс, я быстро добавляю: — Прости меня за все.

— Все в порядке. — Я упиваюсь звуком ее голоса. — Мне пора идти. Скоро у меня будет новый номер, так что будь начеку.

— Я люблю тебя, Грейс, — выдавливаю я из себя. — Очень, очень сильно!

— Я тоже люблю тебя, Сиара. Будь осторожна и береги себя, хорошо?

— Угу. — Шепчу я и закрываю глаза. — Люблю тебя.

Нолан выхватывает телефон и завершает разговор, а затем раздраженно фыркает.

— Ты слишком долго с ней болтала!

— Иначе она бы поняла, что что-то не так, — возражаю я, начиная плакать.

Нолан прячет пистолет и обнимает меня.

— Мне жаль твоего отца, но то, что он мертв, к лучшему. Теперь он не будет тебя искать.

Я плачу еще сильнее и не сопротивляюсь, когда Нолан утешает меня.

Папа мертв, а Грейс осталась с Домиником Варгой, опасным торговцем оружием.

Вся моя жизнь развалилась на части за считанные дни, и я не могу с этим справиться.

— Ш-ш-ш... — воркует Нолан, крепче обнимая меня.

Отчаянно нуждаясь в хоть каком-то утешении, я прижимаюсь к нему и рыдаю навзрыд.

Когда я начинаю успокаиваться, он бормочет:

— Вот так, любовь моя. Это не конец света. У тебя есть я, и больше тебе в этой жизни никто не нужен.

Услышав его жуткие слова, я отстраняюсь и пересаживаюсь на другой конец дивана. Я обхватываю себя руками за талию и опускаю плечи.

— Не будь такой, — говорит он напряженным тоном. — Я разрешил тебе поговорить с Грейс. Ты могла хотя бы поблагодарить меня.

Боже.

Я сижу неподвижно, отказываясь целовать его.

Мой отец умер, а Грейс находится в руках монстра. Я не могу сейчас разбираться еще и с Ноланом.

— Не испытывай мое терпение, Сиара! — Он хватает меня за руку, и стаскивает с дивана. Когда я падаю на пол, чудом не задев кофейный столик, он приказывает: — Встань передо мной на колени.

Я опускаюсь на колени, не поднимая глаз.

Нолан наклоняется вперед, и когда он тянется к платью, я пытаюсь отстраниться, но он грубо хватает меня за шею.

— Прекрати! Ты будешь делать то, что я говорю, или я накажу тебя. Ты же этого не хочешь, правда?

Я быстро качаю головой, тяжело дыша.

— Не двигайся, — приказывает он, затем отпускает мою шею и берется за платье. Мне не остается ничего другого, как позволить ему снять его. Как только я оказываюсь обнаженной, я скрещиваю руки на груди, но он качает головой. — Опусти руки. Положи руки на бедра.

Я неохотно подчиняюсь, но в тот момент, когда Нолан расстегивает пуговицу на джинсах, я отшатываюсь в сторону. Я не успеваю далеко уйти, как он наваливается на меня, прижимая к деревянному полу.

Он сильно шлепает меня по попе, и моя кожа тут же начинает гореть.

— Я сказал, не двигайся!

Я вздрагиваю от ярости в его голосе, и когда он переворачивает меня на спину, я отчаянно качаю головой.

— Пожалуйста, не делай этого.

— Не двигайся, и мне не придется тебя наказывать. — Он приподнимает бровь, наклоняясь надо мной. — Хорошо?

Я быстро киваю, но когда он запускает руку в джинсы и вытаскивает свой твердый член, из меня вырывается безнадежный крик.

— Ш-ш-ш. Мы оба получим удовольствие от этого, поверь, — воркует он, обхватывая ладонью мою щеку, а затем проводя пальцами по моему горлу.