– У меня есть мазь. Если хочешь, могу…

– Ой! Не помешала? – в дом влетела девушка, которая утром спугнула Лёньку. Сейчас в её руке вместо прута был какой-то тюбик. Но бешенный, будто голодный взгляд всё ещё остался при ней. А стоило ей посмотреть на мой голый торс, как взгляд стал ещё более неадекватным. Она тяжело дышала, будто бежала сюда дворами. – А мне тётя Люда просто сказала, что вас, Александр, петух шпорами исцарапал. Я вот мазь принесла. Давайте, намажу. Ох, и не везет вам, Александр, на птиц…

Не дожидаясь ответа и приглашения, она сняла балетки.

С моей спины исчезли теплые пальцы Любы. Я будто остался без поддержки и опоры. Рядом только криповая местная баба с тюбиком неизвестной мне мази.

Утром от неё отделаться было легко. Во-первых, мы были не в доме и можно было свободно уйти, а, во-вторых, мне было на неё до лампочки, особенно в тот момент, когда я увидел, как причесанный интеллигент повёл Авдееву к себе с утра пораньше.

Сейчас же я понимал, что деваться мне некуда, а посылать прямо и грубо соседок Авдеевой мне пока не хотелось. Всё-таки, ей ещё предстоит с ними общаться. А я тут, вроде, женихом её числюсь.

Да и приехал я сюда только для того, чтобы докучать Авдеевой и постепенно вытравить её обратно в город, но, видимо, не рассчитал силы своего обаяния и харизмы, и случайно задел ещё и эту безумную бабу.

Хотел сказать, что не нуждаюсь в её помощи и, вообще, для всех местных у меня есть девушка, но Авдеева меня опередила.

– А ты куда так торопишься, Анька? Аж тапки послетали, - Люба вышла чуть вперед, будто пряча меня за собой.

Хорошо, что я выше и отлично видел, как заполошная Анька мгновенно побледнела, а затем покраснела, глядя то на Любу, то на меня.

– Да я же это… по-соседски! – мощный аргумент он Аньки нисколько не пробил броню Авдеевой. Она как белаз надвигалась на больно тощую соседку.

– Что по-соседски? Вламываешься в чужой дом без стука? А если бы мы тут… любовью занимались? – чуть запнувшись произнесла Авдеева. – Прямо у порога.

– А чё, можно было? – поинтересовался я удивленно.

– Заткнись, - резко, но тихо, выстрелила в меня Люба и снова направила всё внимание на заметно стушевавшуюся Аньку, которая отчаянно пыталась храбриться, сминая в руках серебристый тюбик. – И что ты собралась мазать МОЕМУ мужчине?

До меня не сразу дошёл смысл Любиных слов, но по моей коже самовольно пробежали мурашки, осанка ровнее стала, да и в целом настроение стремительно улучшилось.

– Так… мазь, - мямлила Анька.

– Так, может, я тебе вмажу? М? Зря, что ли, ты её принесла?

– Я же как лучше хотела…

– Спасибо. Но мы взрослые люди и как-нибудь сами справимся со своими болячками.

– Ну, как знаете, - явно обидевшись, соседка впрыгнула обратно в балетки и, напоследок посмотрев на меня глазами, из которых словно вот-вот выкатиться слеза, поспешила уйти. – Всего доброго.

– И вам не хворать, - бросила ей Люба, вернувшись к плите, у которой всё ещё стоял я.

– Что за львица эта тигрица? – прорычал я, веселясь.

– Отвали, Титов, - фыркнула на меня Люба, продолжая что-то готовить.

– Ревнуешь СВОЕГО мужчину? – повторил я её интонацию.

– Кому ты нужен? Просто не могу терпеть, когда вот так в дом вваливаются. Будто их здесь всегда ждут. Такой нюанс, как личная или интимная жизнь будто вообще не учитывается.

– Просто скажи, что ревнуешь, - я подошёл к ней ближе я мягко толкнул в плечо своим плечом. – Не бойся, Любонька. Она не в моём вкусе. Я люблю сочных…

– Кому ты рассказываешь? – глянула она на меня с насмешкой. – Не в его вкусе она, ага. Расскажи об этом своим плоскожопым эскортницам со впалыми щеками.

– В смысле? Каким?

– Проехали, - отмахнулась Авдеева.

– Погоди-погоди! – меня догнал смысл её слов. – Ты… ты следила за мной? За моими отношениями в городе?

– Конечно, - фыркнула она иронично и нервно тряхнула волосами, убрав их с плеча. – Мне же больше делать-то нечего.

– Конечно, ты же занята своим бывшим, - нахрена я о нём вспомнил? Какая-то странная злость всколыхнула что-то в груди. – Вон как сегодня утром за ним побежала.

– Не побежала, а пошла. К его маме, кстати, - поймала она мой взгляд. – Ты в это время, вроде, тоже без внимания не был – Аньку впечатлял своим торсом.

– Никого я не впечатлял! – взвился я. – Я за жизнь с этим вашим гусем боролся!

– Угу. Прибедняйся. Боролся он. Ещё чуть-чуть и на букву «п» боролся бы…

– Ну, да! У вас же с Никитушкой, который вокруг тебя свои яйца с самого своего приезда катает, исключительно соседские отношения.

– Ты больной?! У него жена и трое детей! – Авдеева выпучила на меня глаза. –Какие у меня ещё могут быть с ним отношения?