– Что? – нетерпеливо спросила Анита.

Кристина подняла брови, зажевала край губы и прокашлялась.

– Просто… как сказать, – Кристина мяла салфетку.

Снежана цокнула:

– Ну же?

– Это тот же судья, который лишил Наташу с виа Моцарт родительских прав, – выпалила она и жалостливо посмотрела на Аниту, как будто это она, Кристина, виновата в выборе судьи.

Всё внутри Аниты резко сжалось, казалось, что внутренности собрались в огромный узел. Она залпом выпила мартини Кристины, пробормотала что-то невнятное, подскочила, ринулась в кусты за углом заведения, согнулась пополам и зашлась в приступе тошноты.

Когда Анита вернулась за столик, её подруги сидели в том же положении, неподвижно, с широко раскрытыми глазами и не моргая, как большие фарфоровые куклы. Обе растерянно смотрели на Аниту.

– Ну, это ещё ничего не значит… – начала Кристина, но Анита остановила её жестом.

Она помотала головой.

– Это конец, – сказала Анита тихо и закрыла лицо руками.

Как она будет жить?.. Как это происходит обычно? У мамы забирают детей, и что потом? Она сможет их видеть хотя бы иногда? С кем они будут жить? С Бруно? А если он женится, что будет тогда? У них будет новая мама?

Анита стояла на краю бездонной черноты, беспросветной ямы, вот-вот она прыгнет туда, и её забудут. Она станет никем для своих детей, исчезнет, испарится.

– Девочки, я пойду, ладно? – Анита натянула плащ.

Кристина подскочила:

– Я с тобой.

Анита замотала головой.

– Не надо, я хочу пройтись пешком.

Снежана тоже встала и дотронулась до плеча Аниты:

– Я не знаю, что сказать…

Анита молча кивнула и вышла.

Она шла, сама не понимая куда. Ноги просто двигались. Она так беспокоилась о том, что скажут люди, а сейчас у неё могут отобрать родительские права за то, чего она не совершала.

Её подозревают в том, что скрывала она сама.

«У таких, как ты, забирают детей», – сколько раз он угрожал ей. Она не верила…

Маленькая Анита сжимает игрушку, мамы нет, папа в беспробудном пьянстве, её и брата хотят увести. В голове всё перемешалось. Катя, Миша, родные!.. Анита присела на край тротуара и зарыдала. Она обхватила голову и впилась ногтями в кожу. Она дёргала себя за волосы вверх-вниз. Какая же она дура! Какой несправедливый поворот!

Анита мотала головой, словно отрицая реальность происходящего. Неужели она опоздала? Прямо сейчас ей хотелось оказаться перед гигантскими волшебными часами и перевести стрелки назад. В тот момент, когда она решила выйти за него замуж. Или хотя бы в тот день, когда он впервые её толкнул.

Галя оттягивала этот момент до последнего, но теперь, когда у них была своя квартира, решилась.

– Мне бы съездить туда, в дом, вещи забрать… – сказала она Анджеле, когда та пришла проведать, как они с Беатриче устроились.

– Отправлю с тобой полицейский патруль и сама поеду.

Они пили чай на Галиной кухне и уплетали булочки с яблоками. Наконец-то Гале удалось сделать любимое дрожжевое тесто. Там, в «каза» не было ни времени, ни возможности с ним возиться.

– Хорошая квартира, уютная. – Анджела жмурилась от яркого света, просачивающегося сквозь большое окно кухни. Её крупные серёжки со стёклышками отбрасывали на стены десятки солнечных зайчиков.

– О, я же тебе кое-что принесла, совсем забыла! – Анджела засуетилась, пошла в прихожую и вернулась с коробкой.

– Вот, – довольно улыбнулась она.

В коробке оказался электрический чайник.

– Как вы догадались, что я его хотела? – просияла в улыбке Галя.

Анджела пожала плечами, хитро улыбнулась, но секрет не выдала.

В бывший Галин дом ехали на следующий день. Пересекли границу Лигурии с Тосканой, въехали в регион Умбрия. Приближаясь к своему городу, Галя чувствовала, как бешено колотится её сердце.

Машина остановилась возле изгороди дома. В это время обычно вся изгородь покрывалась сиреневым облаком глицинии, они посадили её вместе. Сейчас там было пусто. Неужели срубил?

Двое полицейских, Анджела, Галя и Беатриче вышли из машины и направились к воротам. Галя открыла калитку. Неожиданно из дома вышел… Адольфо.

– Адвокат уверил меня, что его не будет, он просто оставит ключи… – пробормотала Анджела.

Галя остановилась. Нет, пожалуйста, только не это, она ни в коем случае не хотела его видеть. Анджела дотронулась до Галиной руки и слегка погладила:

– Не волнуйся, я здесь, но если тебе некомфортно, мы попросим его сейчас же уехать, он не должен здесь быть.

Галя набрала побольше воздуха и выдохнула, сделала так несколько раз, пока от притока кислорода не закружилась голова.

– Всё хорошо, – произнесла она тихо.