Какой из него был муж? — подумала она. — Почему я всё время сомневаюсь в себе? Почему будто должна спрашивать разрешения на собственное счастье?

Она открыла шкаф, перебрала пальто, достала лёгкий серый. Она всё ещё не знала, свидание ли это. Но знала одно, она хочет пойти. И это, наверное, уже что-то значило.

Такси мягко притормозило у тротуара, и Марина, выдохнув, расплатилась с водителем, прежде чем выйти на прохладный воздух осеннего вечера. Город будто затаился в лёгком тумане, и жёлтые листья, подгоняемые ветром, кружили по мостовой, словно тихие напоминания о времени, что не остановить.

Она накинула шарф, плотнее запахнув пальто, и посмотрела на экран телефона. Навигатор показывал, что она почти пришла, ещё один поворот, и то самое кафе окажется в двух минутах ходьбы. Рукава чуть дрожали, когда она спрятала телефон в карман. Не от холода, от волнения, неожиданного и почти детского, как будто шла на первое свидание с тем самым мальчиком, в которого тайно влюблена уже годы. Это было странно, почти смешно, и всё равно внутри щемило.

Марина остановилась у витрины какой-то пекарни, включила фронтальную камеру и мельком взглянула на своё отражение. Светлые волосы уложены мягкими волнами, глаза подчеркнуты сдержанно, но выразительно. Акцент на губах, глубокий, осенний оттенок. Под пальто платье из шерстяной ткани, тёплое, мягкое, подчёркивающее талию и скользящее по бёдрам как будто невзначай. Она приложила ладонь к груди, сердце стучало чаще, чем нужно. Неужели всё это ради одной встречи?

Она понимала, что перестаралась. Это был не просто кофе, не просто «посидим». Это было что-то ещё, пусть и не проговорённое. Что-то, чего она сама боялась, но не могла больше оттолкнуть.

Ты предаёшь Диму, — прошептало внутри, знакомым, колким укором.

Марина вздрогнула, будто от капли дождя. Нет. Это не она. Это он предал первым, когда сделал из неё форму, образ, "условие", но не человека. Когда забрал её в свою жизнь, чтобы удобно вписать в завещание. Он ушёл задолго до того, как умер.

Она расправила плечи, глянула на навигатор вновь. Осталось всего несколько шагов. И всё равно, внутри будто бежала марафон. Над головой качнулись ветви дерева, сбросив пару листьев на её пальто. Марина не сбросила их. Пусть останутся. Осень всё-таки красивое время для начала. Или, хотя бы, для попытки.

Кофейня пряталась за стеклянной витриной, сквозь которую свет падал мягко, приглушённо. Осенний воздух был свеж и сух, и Марина чуть ускорила шаг. Навигатор подтвердил, она на месте. Прежде чем подойти к двери, остановилась на секунду и взглянула внутрь. Он сидел у окна, с чашкой в руке, уставившись в пространство. Никакого телефона, никакой спешки, только он, кофе и лёгкая тень на лице. Было в этом что-то странно трогательное.

Она выдохнула, как перед прыжком, пытаясь унять внутреннюю дрожь, будто шла не на обычную встречу, а на нечто гораздо более значимое. Потянулась к ручке. Колокольчик звякнул, приглушённо, но всё же отчётливо.

Саша сразу поднял голову. Его лицо изменилось в одну секунду, улыбка вспыхнула, словно внутри него кто-то щёлкнул выключателем.

— Ты пришла.

Он поднялся, не скрывая радости, и Марина в ответ улыбнулась почти машинально от его выражения, от звука его голоса, от того, что он действительно ждал.

— Привет, — произнесла она, немного хрипловато.

— Привет, — отозвался он, и, отодвинув стул, жестом пригласил её сесть.

Она сняла пальто, аккуратно повесила его на спинку стула. Уголком глаза уловила, как он задержал взгляд, не грубо, не навязчиво, но всё же заметно. Что-то в этом мгновении обожгло, словно нечто внутри подтвердило, что она сегодня действительно красива.

Саша сел напротив и, посмотрев прямо на неё, сказал спокойно, почти буднично.

— Ты отлично выглядишь. Даже лучше, чем я запомнил.

Марина опустила взгляд, чувствуя, как щеки начали медленно теплеть.

— Спасибо, — тихо сказала она, стараясь не улыбаться слишком широко. — Ты тоже. Только… немного печальный.

Он пожал плечами.

— Немного. Пока не пришла ты.

Тишина, не неловкая, а мягкая, как между людьми, которым не нужно спешить. Марина потянулась за меню, больше чтобы занять руки, чем из голода. К официантке, подскочившей с бодрой улыбкой и блокнотом наготове, Саша повернулся первым.

— Я уже заказал, — сказал он спокойно.

Марина бегло пробежала взглядом по меню.

— Ты говорил, у них хороший чизкейк?

— Да, «Сан Себастьян», он не слишком сладкий. Я уже попросил один себе.

— Тогда мне с малиной… — она перевернула страницу и кивнула, — и фруктовый чай.

Официантка быстро записала и скрылась между столиков.

— Ну, рассказывай, — Саша опёрся локтями на стол и посмотрел на неё чуть сбоку, — ты обустроилась? Тебе удобно в той квартире?

Марина чуть пожала плечами.

— Поначалу было странно. Всё как будто не моё… Старая мебель, запах, скрипы. Но сейчас уже привычно. Даже… по-своему уютно. Особенно благодаря соседке. Света, настоящая находка. Без неё, может, я и не выбралась бы вообще.