— Что?..

— Где твоя подмога, а? — кошки зашипели, чувствуя мой гнев. Она ведь поняла, что мальчик — упырь. Наверняка ждет людей, которые нас прикончат, — Завтра дивизион сожжет мою избу. А следом придут за мальчиком.

— Я не душегубка! — ее голос дрогнул.

— Дочь дракона, который сгубил тысячи жизней!

Внутри кипел гнев от того, какой добренькой она притворялась.

— Дочь воина, который защищал эти земли! Он не убивал невинных.

Не убивал невинных? Ну, надо же, какая красивая сказка!

— И что бы он сделал, узнав, что мальчик — упырь? Что бы сделал твой отец-дракон?

Она сжала кулаки.

— То же, что и я, — она ответила твердо и уверенно, — Он сделал бы все, чтобы спасти его.

Мы замерли, измеряя друг друга взглядами.

— Прошу вас… — голос Ивана был раздавленным. — Мы сделаем все…

Его глаза, полные слез, и боль во взгляде потушили огонь моей ненависти.

Я не верила ей! Не верила ни единому слову.

Хоть она и держалась так, словно действительно хотела помочь. Хорошая актриса?

Послать бы ее к лешему!

Но перед глазами встал взгляд Сени, то, как он доверчиво смотрел и верил мне… От этого внутри все заболело с новой силой.

— Если… если ускорить отвар магией… есть шанс, — прошептала я.

— Тогда нужно действовать! — драконья дочь тут же оживилась.

— Но нужны редкие травы. И обряд. — я посмотрела на нее. — А есть ли смысл, если завтра сюда придет дивизион и…

— Сюда никто не придет! — резко перебила она.

— Ты еще не доложила о мальчике, да? — усмехнулась я.

Ее глаза вспыхнули.

— И не собираюсь! Я здесь, чтобы помочь. И мне нужна твоя помощь.

— Моя помощь? Помощь грязной ведьмы? Твои предки в гробах перевернутся…

Это могло вызвать, разве что смех…

— Хватит! — она резко указала на Ивана. — Посмотри на него!

Мужчина стоял, сгорбившись. Слезы катились по его щекам. От этого я растеряла весь свой гнев.

— Этот человек пришел к тебе, чтобы ты спасла его сына. И я здесь только ради этого. Если ты можешь помочь — помоги. Если я могу что-то сделать — я сделаю. Ради мальчика.

— Каррр… Не вздумай, Яся! Не вздумай! Ты делаешь глупость! – закаркал Тео. Он все время молчал, чтобы не привлекать внимание. Но сейчас не выдержал. Боялся, ведь знал, знал, что я соглашусь.

— Что ж, дочь дракона… Я помогу, но если ты солгала…

Если навредишь мальчику… Если сообщишь в дивизион… Я вспомню, как накладывать проклятья.

— Я тебя не боюсь. Я не верю в знахарок, ведьм и… прочее. Поэтому пугать меня бессмысленно. Но эти люди верят, что ты можешь помочь…

Жестко сказала она. У нее чувствовался стержень. А как иначе, она не дрогнет, если будет убивать. Женщина-воин, с таким добрым лицом и мягким голосом.

Она действительно меня не боялась. Так оно и должно быть. Ведь бояться здесь должна я. Но признавать этого не собираюсь.

— Зря… — кинула я, — Одна я уже помочь не смогу… Только с твоей помощью. И придется тебе ох, несладко, дочь дракона…

— Я готова на все, чтобы помочь мальчику.

Я искала в ее глазах ложь, но в них была только холодная решимость. И внутри себя я надеялась, что она не врет, что действительно поможет…

— Главное, чтобы ты была готова молчать о том, что с мальчиком. Иначе… Сама должна понимать, что с ним могут сделать в дивизионе.

Пробуждение было резким и неприятным, словно меня выдернули из ледяной воды. В горле пересохло, ладони предательски дрожали. Перед глазами все еще стояли бледные, вытянутые лица, слышались шепотки, похожие на молитвы, чувствовалось леденящее ощущение беспомощности. Я пытался кричать, но был заперт внутри собственного тела, в ловушке кошмара.