О делах за завтраком мы не говорили. В нашем дружном кругу постепенно складывалась определённая манера поведения и неписаные правила. Но это не значит, что мы молчали. Просто шутили, смеялись и радовались приятному общению. Однако нетерпение услышать нашу историю чувствовалось за каждым брошенным на нас взглядом.

Вскоре мы все собрались в гостиной, но нас снова отвлекла Авдотья Семёновна, вошедшая практически следом за нами.

— Господа, — явно кого-то пародируя, важно произнесла она. — К вам на аудиенцию прибыл Пётр Перегудов. Он настойчиво интересуется, не соблаговолите ли вы его принять.

Кажется, нам сейчас намекнули, что она повариха, а не дворецкий.

Впрочем, сам Перегудов, тот, что брат Ивана, уже маячил за её спиной и в отдельном приглашении уже не нуждался.

Кивнув головой на приглашающий жест «Волка», он присел на свободный стул и сразу взял «быка за рога», как говорится. Однако, не разобравшись в ситуации, он обратился к нашему командиру, который и сам не владел никакой информацией по поводу произошедшего с его близкими родственниками.

— Позвольте мне поинтересоваться, — начал он. — На каком основании мой брат был доставлен на наше предприятие с поломанными руками, да ещё и таким неподобающим образом?

По Петру было заметно, что он еле держит себя в руках. Испарина, волнение, да он просто в бешенстве, похоже. Серёга, естественно, округлил глаза и, как полагается, хмыкнул.

— Хм, ты не поверишь, но мы и сами только что собрались здесь, чтобы услышать одну историю похождений вот этих двух юношей. Судя по всему, она будет увлекательной, не желаешь ли для начала её выслушать? — спросил у Петра «Волк».

Немного помолчав, Пётр ответил.

— Хорошо, я готов послушать, что произошло из уст этих юношей, — с лёгкой издёвкой произнёс он. — Но хочу сразу предупредить: если она мне не понравится, мы больше никаких дел с вами иметь не будем. Также будут пересмотрены все ранее достигнутые договорённости.

А вот это он зря, — подумал я.

Это уже походило на угрозу, и как-то незаметно воздух за столом загустел. Нет, никто из нас не задействовал ауру высокого порядка, но сами его слова заставили всех собраться.

Олег закрыл глаза, явно сканируя пространство. Амита подобралась, словно кошка перед броском. Мои девчонки одновременно прищурились, а старшина, развернувшись, в упор посмотрел на Перегудова. А «Волк»?! «Волк» посмотрел на меня и заговорил.

— Помнишь, ты у меня спрашивал, не родня ли мне братья Перегудовы?

Вспомнив мою теорию всеобщей родни, что меня окружает на Пандоре, я с улыбкой кивнул.

— Так вот, мы не родня, но так получилось, что сюда прибыли в числе первых поселенцев. Волею судьбы, одними из людей, с кем я сразу познакомился, были эти два брата. Но главное, как это произошло.

На каменном лице Петра словно прорезалась трещина, это он так улыбнулся.

— Так вот, — продолжил «Волк». — Я с ними подрался, прямо в первом отстроенном кабаке. Сначала с ним, — он кивнул на Петра. — А потом с его братом. И самое любопытное, что с этим мы больше не дрались, а вот с его братом сходились ещё раз семь.

— Восемь, — вставил Перегудов.

— Это я к чему веду, — усмехнулся «Волк». А веду я к адекватности носителей разных штанов. Пётр вполне вменяемая личность, а вот его братан…

— Я бы попросил…

— Да замолчи уже, Пётр, ты сам лучше меня всё знаешь, — не выдержал «Волк». — Твоему брату памятник при жизни можно ставить за его талант в управлении, не будь в нем столько гонора и пафоса. Да сядь ты уже.

— Трафт, — гаркнул Серёга. Так что там у вас произошло?

Вот только я оправдываться не собирался, мне для начала было жуть как интересно, что там наплели ему его родственники.

— Знаете, — сказал я. — Пускай он сначала расскажет свою версию произошедшего, уж очень любопытно, что там мог рассказать его брат или сестра.

— Да с какой радости я должен здесь отчитываться! — заорал Перегудов. — Это не вы пострадали, не вас, словно бешеную свинью за ногу подвешенного за дирижабль, на завод доставили! Вы хоть понимаете, какой ущерб репутации вы нам этим нанесли?

Но его уже никто не слушал.

Сначала фыркнула Маринка, потом плечики затряслись у Наташки, следом не сдержал улыбки старшина, а затем грохнули разом все.

Это было дикое ржание, как у обкурившихся подростков. На фоне закипающего Петра это выглядело совсем уморительно, ведь его брат и отличался изрядным брюшком, что не пропадало даже на Пандоре. Поэтому за свинью зашло замечательно, а уж дорисовав всё остальное…

Впрочем, поддавшись общему настроению, заулыбался даже Пётр. Однако наш командир вскоре всех успокоил и обратился к Перегудову.

— Ладно, хорош сиськи мять, давай уже рассказывай, что у вас там происходит. Здесь все свои, не переживай.