— И это говорю я, учёный человек жёлтой закалки, а представь, каково простым женщинам? На них такой выброс влияет ещё сильнее.

— Не думаю, что это их сильно расстраивает, — вставил своё мнение в её историю и я.

Людмила мило улыбнулась и, ткнув меня пальчиком в нос, нежно произнесла:

— Дурачок ты мой.

А дальше, дальше всё повторилось вновь и вновь. Прямо как у Блока с его каналами.

Уже ближе к вечеру меня, наконец-то, посетила мысль о том, что нам надо возвращаться в столицу. Ещё вчера я полистал списки всех проживающих здесь людей и, к своему удовлетворению, нашёл там и дочку мастера-Семашко, Ирину Глебовну.

Встречаться я с ней не собирался, заранее предвидя итог нашего разговора. Пусть этим вопросом занимается её отец.

Поэтому ко мне пришло твёрдое решение, что завтра мы просто обязаны покинуть этот город, иначе с каждым днём сделать это будет всё сложнее. И я сейчас не про себя или Рыжего, а про Ивана и наш новый экипаж. Но сначала мне очень захотелось посетить сегодня ночью местный лес. Что-то мне подсказывает, что с пустыми руками с такого места возвращаться просто неприлично.

И ещё мне стало понятно, откуда в этом городе столько маленьких детей, поначалу мы с Жориком этого сразу не заметили. Но, гуляя вчера по его улицам, нам повстречалось одно место, очень напоминающее детские садики на нашей прародительнице. Вернее, это были скорее ясли, на территории которого бегали десятки карапузов, занятые своими важными делами под присмотром нянечек.

Как только солнышко зашло за горы, я собрался и, поцеловав в щёчку спящую Людмилу, пошёл на выход. Не дойдя немного до двери, услышал её голос:

— Трафт! — Обернувшись, я увидел, что она серьёзно смотрит на меня. — Вытащи меня отсюда, забери меня в Москву, пожалуйста. Сама я это сделать не могу, у меня просто нет сил покинуть это место. Завтра я выпрошу, чтобы меня отпустили на переговоры, но боюсь, что согласия не получу. Поэтому, если понадобится, выкради меня! — взволновано и эмоционально прокричала она.

— Я учёная и прекрасно понимаю то, что здесь происходит. Это всё влияние золотого эфира на наш рассудок, на Земле это происходило всегда, на протяжении веков. Но когда ты буквально дышишь его молекулами, то становишься фактически рабом этого места. Ты не сможешь жить где-либо, тебя постоянно будет тянуть сюда, — смахнув выступившую слезинку, она продолжила.

— Пока у меня ещё есть силы, я обязана вырваться отсюда. Необходимо изучить, что здесь происходит более досконально, но это возможно только в другом месте. В городе мне этим заниматься просто не позволят, да я и сама не захочу.

У меня уже собран и заготовлен материал с первичными наблюдениями, образцами породы и деревьев. Всё это я завтра принесу сюда. Забери это, пожалуйста, с собой. Даже если у вас не получится забрать меня отсюда.

В конце она просто разрыдалась, и мне пришлось возвращаться к кровати и заверять, что мы её обязательно заберём, даже если придётся развалить этот городок до основания. И мне хотелось сделать это всё сильнее. Всё же мой уровень закалки и принимаемые эликсиры позволяли вполне нормально воспринимать местную действительность.

А пока, захватив с собой здоровый мешок, я покинул дом с заснувшей Людмилой. Меня ждал лес, где я собирался изрядно пополнить наш «гербарий» и завести знакомства с местными животными. Что-то мне подсказывало, что это будет точно не лишним.

Однако, отправляться в местные джунгли в одиночку — не самое лучшее решение. И дело здесь даже не в возможности сгинуть, напоровшись на трясину или на зуб местным существам, хотя и этого исключать нельзя. Просто элементарное требование безопасности, вдолбленное ещё в Рязани, требовало обеспечить надёжное прикрытие спины. И оно у меня было.

Усмехнувшись, я подумал, что на самом деле я просто хочу оторвать Олега от очередной бутылки, которую они с капитаном дирижабля сейчас дружно приговаривают, играя в нарды на борту воздушного судна. Да и собрать для нашей артели два мешка местных травок — это, согласитесь, не один. Вернее, на этот раз это будут даже не привычные местные. Тропическая зелень, а это нечто весьма интересное.

Забравшись на борт, я огляделся. «ЭВ» Олега — Глок, как опытный болельщик, зависал над их игровой доской. Прошлую ночь мой друг тоже провёл в небольшом домике недалеко отсюда. А вот на вторую ночь он там уже не остался, что не могло не радовать. Дождавшись завершение увлекательной партии, я обратился к Рыжему со своим предложением.

— Олег, нет ли у тебя желания немного размяться, так сказать?

Его реакция была предсказуемой. Вскочив, он начал быстро собираться, а это зрелище не для слабонервных. Наблюдать за этим всегда интересно. Когда спустя пять минут перед нашими с Кэпом очами предстало это, не выдержав, я заржал во весь голос.

Ну вот скажите, какой на хрен в лесу ящик с патронами, а два автомата и винтовка там зачем, а о такой мелочи, как парочка Лупар и револьверы, и говорить нечего. Но он всегда это проделывает, ещё даже не зная, куда мы направляемся. В общем, пришлось ему сильно разоружиться.