— Скорее эльф, так как пара у меня есть, как сны и дрожь при прикосновении. А тебя, если ты попытаешься что-то ей сделать, мне придется тебя убить. — Ходить вокруг да около с хитрым зверем нет смысла, я открыл карты. Он все равно об Оль узнает, пусть это будет на моих условиях.

Тут дракон меня удивил:

— Знаешь, почему у драконов не бывает внуков? Сыновья, когда находят пару, пытаются уничтожить отца, дабы захватить его богатства. Ты решил кинуть мне вызов? О, это так по-детски! Мне нравится!

— У меня своего богатства в достатке, а за свою пару я убью любого.

— Как мило… — Дракон насмешливо улыбнулся. — Но воссоединения у вас не было, иначе бы ты стал сильнее…

— Да?— Я ничего подобного не слышал. Вообще о драконах почти ничего не знал. Родственник продолжал:

— Мощь, наследуемая драконом в зрелом возрасте, сводит с ума. Когда это произойдет, никто не знает. Известно одно, если у дракона появилась пара, сила поделится и станет послушной воле хозяина.

— Выходит я еще незрелый дракон? — Забавно, я совсем не ощущал себя ребенком.

— У тебя ненормальные родители, это повлияло на получение силы, ну, а по возрасту ты сущее дите. И пару свою встретил слишком рано…

— То есть, я не настоящий дракон? — Это радует!

Но дракон раздавил мою радость на корню:

— Нет, настоящий. Но то, что ты стареешь как человек, плохо, но это же не дает тебе стать всесильным и сойти с ума. А ранняя пара, если ты ее не упустишь, поможет обрести силу. Произойдет раздвоение — станешь полноценным драконом.

— Значит, до появления моей матери ты был бессильным?

— Она не первая моя пара, раз в тысячу лет, если не состоялось соединение, рождается еще одна. Так как мои первые жены приказали долго жить, я нашел твою мать…

Я покачал головой. Сколько вообще он живет?!

Как освобожусь, придется заняться безопасностью сестры Лорма, иначе она повторит несчастную судьбу предшественниц.

Эта беседа открыла для меня многие тайны, и говорить с ним мне было интересно, но как забыть, что это чудовище устроило войну для своего развлечения. Но на эту тему говорить не стоит, дракона к совести призывать, пустое дело.

Я просил напрямик:

— Ты знал где твоя пара, что есть я, так почему ты не искал меня?

Дракон сложил руки на животе и равнодушно отозвался:

— Я долго о тебе даже не подозревал. Все открылось, когда ты завел знакомство со старым драконьим лекарем в Непруге.

Вот как, значит всесильность и всезнание драконов — просто миф для удобства управления глупцами. Вздохнув, я спросил:

— Что собираешься делать?

— Воспитать из тебя дракона.

— Ты опоздал. Я ни дракон, ни эльф, ни человек. Я изгой. И меня это устраивает.

Дракон поморщился:

— Мал ты еще разбираться с этим. Но умен. Наслышан, наслышан, что ты сорвал мое наступление на Лазурь…

Я выдохнул, повернулся к Райдеру и прямо спросил:

— Зачем тебе это? Ты, по сути, правишь половиной Заморья. Это больше и королевской Лазури и Эльфийского Владычества.

— Фу, король порков, просто пошлость! Нет, у меня голая пустынная земля, а я хочу цветущие рощи, поля, и прочие красоты… эльфийского края. Но на пути стоят их вечные союзники, люди.

— То есть, ты рвался к эльфам… Зачем? Отомстить Лорму?

— Сначала, да, я хотел просто отомстить. Потом решил не просто наказать ее родственников и заставить твою мать вернуться ко мне, но и получить богатства людей и эльфов.

— Просто нанять кого-то и вернуть жену в голову не пришло? Без войны и мести…

— Мне нравится твой образ мыслей! — хлопнул в ладоши дракон. — Но к тому моменту я выяснил, что есть ты. Игра приняла интересный оборот. Войну на стравливание эльфов с людьми можно вести нескончаемо долго, чтобы они были истощены и готовы упасть мне в руки как спелое яблоко. Но появился ты, и мне пришлось ускорить события. Хотя, как понимаешь, мне ничего не мешает продолжить и дальше свои развлечения.

Я покачал головой:

— За Лорма я буду сражаться. Он не только мне родственник, который для меня ничего не пожалел, но еще и друг.

— Вот это слышать мне на самом деле не нравится… — Дракон сделал глубокий вдох, энергия, потрескивающая вокруг него, окрасила воздух черным пламенем.

Останавливая его излияние, я спросил:

— Вместо того, чтобы доказать своей паре, что ты ей нужен, а она тебе, непонятно по какой логике, ты преследуешь ее, пугаешь, шантажируешь и унижаешь. Потом ты думаешь что-то от нее добиться?