Он сощуривает глаза, переводя острый взгляд с меня на Рева и обратно. И так ничего и не отвечает.

— Ты хочешь продолжить восстание, — отвечаю за него. Я так и подозревала, и его явное нежелание озвучивать свои намерения в присутствии Рева подтверждает мои догадки.

Он приподнимает бровь, но продолжает молчать.

Я поднимаюсь на шатающихся ногах. Рев тут же оказывается рядом, поддерживая.

— Я понимаю твоё желание отомстить. Желание заставить правящие дворы пожалеть о том, как они с нами поступили. Показать им всем, что они должны бояться Двора Теней.

У меня было много таких мыслей в прошлом, в юности.

Он надувает грудь. Не удивлюсь, если он был одним из тех, кто превозносил меня за убийство Верховного наследника.

— Я понимаю всю боль, что пережил наш двор. Я сама через это прошла. Я прочувствовала на себе презрение других дворов. Но затем я узнала, почему нам пришлось пройти через всё это.

Он хмурится.

— Мне невыносимо осознавать, что наш двор был принесён в жертву ради победы над древним злом. И ещё больнее мне от того, что та победа была лишь временным решением. Я обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы восстановить наш двор и вернуть ему былую власть. Но бунты и ненависть принесут облегчение лишь поначалу — месть нередко дарит чувство эйфории, — однако на самом деле они приведут к разрушениям, а не созданию нового. Мы не сможем стать могущественным двором, если будем думать только о возмездии.

— И как же нам восстановить двор? Вернуть былую власть? Создать что-то новое? Одной могущественной фейри недостаточно. В других дворах таких, как ты, десятки.

— Они не настолько сильны, — возражает Рев, слегка улыбаясь. — Кейлин — самая могущественная фейри, которую я знаю, за исключением разве что Верховной королевы. И поверьте, я знаком со многими одарёнными фейри.

Искажённое злостью лицо советника чуть смягчается, в его глазах вспыхивает гордость.

— Но ты правильно говоришь, — продолжаю я. — Меня одной мало, чтобы восстановить целый двор. Для этого нужно время. Нам придётся запастись терпением. За то время, что я провела в мире фейри, я обрела несколько союзников. Верных друзей, которые верят в меня и желают успеха.

— Как, например, Верховный принц? — уточняет Октавия.

Моё сердце довольно сжимается.

— Да.

— Правящие дворы окажут нам поддержку? — с сомнением спрашивает Люциус.

— Союзники Кейлин всё ещё в меньшинстве, — отмечает Рев. — Даже будучи Верховным наследником, я не могу просто сразу же включить её в состав Совета. Как сказала Кейлин, для этого нужно время. Но клянусь, я всем сердцем желаю помочь вам восстановить двор. Я лишь недавно узнал о причинах, по которым Двор Теней потерял былую силу и величие. Если бы только этого было достаточно, чтобы убедить весь остальной мир… Но увы. Миру нужно время, чтобы увидеть вашу силу и благородство и научиться доверять вам так же, как я научился доверять Кейлин.

— Нам нужны браки, — приглушённым голосом выпаливает Тамерия.

Рев хмурится.

— Что?

— Другие дворы ослабили нас, — поясняет она дрожащим голосом, — забирая наших сильнейших фейри путём вынужденных браков. Нам нужны сильные союзы.

— Надо развернуть эту традицию в обратную сторону, пусть они отдают нам сильнейших фейри, — присоединяется Октавия.

Делаю глубокий вдох.

— Согласен, — говорит Рев.

— Серьёзно? — несказанно удивляется Люциус.

Рев кивает.

— Так ты правда готов организовать заключение могущественных союзов в пользу Двора Теней?

— Погодите. — Поднимаю ладонь. — Усилить магию в новом поколении — это отличная идея, в некотором смысле даже необходимость. Но я против браков по принуждению.

Все молчат.

— Это неправильно по отношению ко всем. Если оба согласны, то замечательно. Мы можем поддерживать это, поощрять, но хотя процесс пойдёт медленнее, мы не станем никого принуждать.

Нас с Кейлин приводят в спальное крыло, тёмное и мрачное, как и весь дворец, и показывают наши покои. Раздельные.

Я поджимаю губы, но ничего не говорю. Это территория Кейлин.

Королева поясняет, что во дворце есть покои куда роскошнее, но в них сейчас небезопасно. Когда магия ослабла, жители замка постепенно переместились ближе к центральному к залу, ближе к источнику.

Как только Кейлин наполнит дворец силой, то сможет выбрать любую комнату в огромном замке.

Королева уходит, а мы с Кейлин остаёмся стоять в коридоре, напротив наших дверей. Мои пальцы лежат на ручке, но я не спешу заходить. Наконец, Кейлин поворачивается ко мне и кивком приглашает в свою комнату.

Я выдыхаю, и мы оба заходим к ней.

Мои руки скользят по её талии, и я притягиваю Кейлин к своей груди. Мы окидываем взглядом её новую спальню. Большая кровать с выцветшим чёрным покрывалом и железным изголовьем с золотыми узорами. Полностью чёрные стены. Три маленьких мутных окошка с декорированными сверху металлическими рамами. Круглый столик в углу и два зелёных бархатных кресла перед небольшим камином.