Я мягко улыбаюсь, наслаждаясь чувством власти, которое испытываю, когда он находится под моим контролем. Мне нравится, как его тело напрягается, а дыхание учащается, когда мои руки доставляют ему удовольствие. Это вызывает привыкание, и я не хочу останавливаться.

— Ты убиваешь меня, — выдыхает он.

— Тогда иди сюда.

Он подчиняется, опускается ко мне, прижимается своим телом к моему. Его твердый член давит на мой клитор, и я выдыхаю хриплый стон. Я нежно кусаю его нижнюю губу, достаточно, чтобы вызвать еще один стон. Он хватает мои руки, прижимая их к кровати по обе стороны от моей головы, беря контроль на себя.

Затем он целует меня, требуя всего, что я могу дать. Он перемещается от моих губ к шее, кусает за мочку уха, заставляя меня извиваться. Мурашки бегут по моей шее, по руке. Щекотно, но в лучшем смысле этого слова.

Его рот приближается к моей груди, он вытягивает язык и медленно облизывает мой сосок. Мои груди становятся тяжелыми и полными, мое возбуждение усиливается, и каждый нерв в моем теле горит. Он берет мою грудь в рот, нежно сосет ее, а одна из его рук освобождает мою и скользит между моих ног.

Он почти мгновенно находит мой клитор, его опытные руки точно знают, как меня трогать, как заставить меня стонать. Я выгибаюсь к нему, жадно желая большего.

— Я хочу тебя внутри себя, — мой голос звучит тихо и жадно. Я готова умолять.

Его глаза поднимаются к моим.

— Ты уверена?

— Да, — я решительно киваю.

Он отодвигается на мгновение, достает презерватив из тумбочки и надевает его умелым, плавным движением. Эта картина вызывает улыбку на моем лице. Коул ненавидел презервативы и много раз ссорился со мной из-за того, что приходилось их использовать.

Он снова ложится на меня, целует, на этот раз еще более отчаянно. Я чувствую каждую эмоцию в этом поцелуе. Наш страх, наше обожание и любовь друг к другу, нашу потребность друг в друге. Все это есть в каждом прикосновении наших губ, в каждом месте, где соприкасаются наши тела.

Его рука перемещается с моего клитора к входу, кружась во влаге. Он дразнит меня, вставляя один палец, достаточно, чтобы заставить меня стонать и просить еще. Я прижимаюсь к его руке, желая, чтобы он дал мне это.

Он заменяет руку головкой своего члена, проводя им по моей киске, слегка надавливая, прежде чем снова потереть о клитор. Это, черт возьми, убивает меня.

— Тео, пожалуйста, — умоляю я. — Ты мне нужен.

Он стонет, запрокидывая голову назад, все его тело напряжено. Это самое возбуждающее зрелище, которое я когда-либо видела. Я готова на все, чтобы увидеть, как этот мужчина разбивается на куски для меня.

Я снова выгибаюсь навстречу ему, и наконец, наконец, он дает мне то, что я хочу. То, о чем я мечтала месяцами. Головка его члена проникает в меня, медленно, но уверенно. Он делает паузу, чтобы я могла привыкнуть.

— Ты в порядке? — спрашивает он, его голос неуверенный.

— Да, Тео! Пожалуйста, перестань спрашивать и просто займись со мной любовью.

Он смеется над моим всплеском эмоций, а затем выполняет мою просьбу, проникая в меня до конца. Я задыхаюсь, его огромный член растягивает меня до предела. Это ошеломляющее удовольствие. Стенки моего влагалища сжимаются вокруг него, пытаясь приспособиться к его размеру.

Когда видит, что я в порядке, он начинает двигаться. Его руки находят мои бедра, прижимая к себе, пока он проникает в меня. Я стону от удовольствия, мое тело на пределе, приближается оргазм. Сначала он двигается медленно, не торопясь со мной. Его взгляд на моем лице, впитывает каждую деталь экстаза.

— Да, да, — стону я. — Еще.

Его руки сжимают мои бедра, когда он ускоряет темп, – сильнее, быстрее и так чертовски идеально. Звук нашей кожи, сталкивающейся при каждом толчке, эротичен так, как я и не думала, что это возможно. Он закрывает глаза, сосредоточиваясь на ощущении нашего единения.

Мое тело напрягается, сжимаясь при каждом толчке, мой оргазм нарастает, нарастает и нарастает. Я теряю себя в удовольствии, почти боли, от растяжения до предела. Он движется с отработанным ритмом, попадая во все нужные места, заставляя меня стонать его имя.

— Софи, посмотри на меня, — приказывает он, его голос больше похож на рычание. — Кончи для меня, моя нарушительница.

Черт, и я кончаю. Его слова толкают меня за грань, в небытие. Я падаю в темноту своего разума, эйфорические волны проносятся через меня, каждый сантиметр моей кожи горит, когда мое тело напрягается и взрывается вокруг него.

Он не сбавляет темп, доводит меня до оргазма, выжимая из меня каждую каплю удовольствия. Едва оно утихает, я чувствую, как во мне снова нарастает новое возбуждение. Этот мужчина станет моей погибелью, но какой же сладкой.