— Вы что, собираетесь оставить меня здесь одну? — Марго делает вид, что надувает губы, и ее взгляд скользит сначала к Коннору, а затем к Ронану.

Коннор оборачивается, чтобы посмотреть на меня, а затем на Генри.

— Нас за это не уволят?

— Учитывая, за что вас не уволили до сих пор... нет, я бы сказал, что тебе ничего не грозит, — бормочет Генри.

Этого одобрения Коннору достаточно, он поднимает руки над головой и стаскивает футболку.

Я замечаю, что он определенно стал мощнее, с тех пор как я в последний раз видела его без рубашки, мой взгляд скользит по его спине.

Он быстро избавляется от остальной одежды, сбрасывая все в кучу. У него идеальное тело, и он сам это знает. Он уверенно идет к джакузи, его длинный, твердый член покачивается при каждом шаге.

Я чувствую на себе взгляд Генри и понимаю, что меня застукали за разглядыванием другого обнаженного мужчины.

Я быстро отвожу глаза.

— Эбби...

— Да?

Генри наклоняется ко мне.

— Ты можешь смотреть.

— Ронан, иди сюда, — дразнит Марго, подзывая к себе. — Не робей.

В воздухе разносится низкий, хриплый смех Ронана. Его забавляет сама мысль, что раздевание перед нами может его смутить. Движениями более медленными и плавными, чем у Коннора, Ронан раздевается. За ним наблюдает даже Генри.

Ронан напоминает мне льва, когда он спускается по ступенькам в купель, ненадолго останавливаясь перед Марго, чтобы дать ей полюбоваться его членом, что она и делает с явным удовольствием. Он тоже нарастил мышцы, его живот и руки более рельефные, а ягодицы еще более округлые. Он погружается в воду и садится с другой стороны от нее.

Марго устремляет свой коварный взгляд на нас.

— Генри... — С ее губ слетают французские фразы.

Генри отвечает по-французски. Они обмениваются репликами несколько раз, оставляя остальных в неведении.

Наконец Марго переходит на английский.

— Эбигейл, не желаешь присоединиться к нам? Мы будем вести себя прилично.

Я с сомнением смотрю на нее.

Это вызывает у нее смех.

— Обещаю. Как это говорят американцы? Честное слово? — Она проводит пальцем по левой груди. Ее соски находятся как раз у поверхности воды, и это движение привлекает пристальное внимание обоих мужчин, сидящих по бокам.

Я смотрю на Генри, который наблюдает за мной.

— Это то, чего ты хочешь? — спокойно спрашивает он. — Раздеться перед ними и залезть в джакузи?

— Нет.

Его бровь насмешливо взлетает вверх.

У меня внутри все сжимается.

— Я не знаю.

Под одеялом рука Генри забирается под мое платье, вверх по бедру и без лишних церемоний проникает в трусики. Я вздрагиваю, когда он вводит в меня палец. Он входит слишком легко.

— Что ж... я думаю, ты знаешь. — Если его и расстраивает то, как мое тело реагирует на эротическое напряжение, которое создает Марго, он не подает вида.

— Ну а... как насчет тебя? — Я протягиваю руку к внутренней стороне его бедра, используя ее как опору, чтобы обхватить его между ног.

Он тверд как камень.

— Что ж... — передразниваю я.

Он усмехается.

— Я никогда ничего не отрицал.

Марго, Коннор и Ронан завели собственную беседу и смеются, потягивая вино и не обращая на нас внимания.

— Да. Я хочу, — наконец говорю я, признавая, что мне нравится это возбуждение, бегущее по моим венам. — Но только если ты будешь рядом со мной.

— Что ж, отлично, потому что только так это и может произойти. — Он наклоняется, чтобы нежно поцеловать меня в губы. А затем встает и сбрасывает обувь. — Идешь?

Неужели я действительно собираюсь это сделать?

Я допиваю свой бокал вина, ставлю его на приставной столик и затем поднимаюсь на ноги. Генри уже снял рубашку.

Я быстро собираю волосы в небрежный пучок и закрепляю резинкой, что была у меня на запястье с самого утра. Генри на мгновение исчезает за французскими дверями, ведущими в нашу спальню, оставляя меня наедине с тремя парами глаз, жадно ожидающих, когда я разденусь. Генри возвращается уже абсолютно голым.

— Поможешь мне? — прошу я, поворачиваясь к нему спиной.

Он расстегивает застежку на моей шее, ту, что удерживает платье.

Теперь, я могу стянуть ткань так же, как это сделала Марго. Глубоко вздохнув, я позволяю ему соскользнуть, оставшись в трусиках и бюстгальтере. Холодный воздух обжигает мою обнаженную кожу.

Генри стоит по колено в джакузи, протягивая руку.

— Немного побыстрее, Эбби. Этот холод не лучшим образом сказывается на моем эго. — Он лениво проводит рукой по своей твердой длине, чтобы подчеркнуть свою озабоченность, не заботясь о том, что все на нас смотрят.