— Что-то не так, Лайл? — Генри называет его по фамилии, не отрывая от меня глаз.

— Ничего. Я просто думал, что увижу хоть сколько-нибудь приличное шоу, — язвит Ронан, хотя по хрипотце в его голосе я понимаю, что он невероятно возбужден каждой секундой происходящего.

Генри сжимает челюсти так сильно, что я слышу хруст.

— Я все еще могу вышвырнуть тебя.

— Тогда ты оставишь свою девушку неудовлетворенной во всех отношениях.

— Ах ты ублюдок. — Генри качает головой, но ухмыляется. Это дьявольская ухмылка.

Генри распахивает мой халат, и он соскальзывает на пол белым велюровым комом, выставляя напоказ мое обнаженное тело.

Меня бросает в дрожь.

— Холодно? — спрашивает Генри, проводя кончиком пальца по мурашкам, покрывающим мою грудь.

— Нет. — По крайней мере, я не чувствую холода. Я не чувствую ничего, кроме твердого тела Генри, прижатого ко мне, обжигающего взгляда Ронана у меня за спиной и тлеющего огня от эротического предвкушения, бегущего по венам.

— Хорошо. Повернись, — тихо приказывает Генри.

Я медленно поворачиваюсь и встречаю расплавленный взгляд зеленых глаз Ронана. Они скользят по моей обнаженной коже и останавливаются на руке Генри, которая снова проникает между моих ног, на этот раз сзади.

После всех тех случаев, когда я наблюдала, как это происходит с другими, быть той, кого выставляют напоказ, — возбуждает в десять раз больше.

Я едва могу дышать.

Но какого черта Ронан вообще хочет на это смотреть? Если он испытывает ко мне чувства, как он говорит... разве это не причинит ему боль?

Генри заставил его думать, что он должен?

— Тебе не обязательно оставаться, — мягко говорю я.

Взгляд Ронана встречается с моим, слегка прищуриваясь.

— Ты хочешь, чтобы я ушел?

— Нет. Я просто имею в виду, если это слишком тяжело...

Наконец-то я дождалась улыбки.

Скорее усмешки, когда Ронан тянется, чтобы ослабить свое полотенце и отбросить его в сторону. Он берет в ладонь свой налившийся член.

— Это определенно слишком тяжело, Рыжая, — говорит он, и его взгляд на мгновение встречается с моим, чтобы я увидела веселье в его глазах, прежде чем снова опускается между моих ног.

Генри вводит два пальца внутрь.

Мои губы со стоном приоткрываются, и я расставляю ноги шире, чтобы ему было удобнее, удивляясь тому, насколько мне комфортно это делать. Но вся та сцена ранее — когда мы все, голые, сидели в джакузи, Марго и Коннор, трахающиеся перед нами, — накалила мое тело, теперь отчаянно жаждущее собственной разрядки. И взгляд Ронана меня не пугает. Это далеко не первый раз, когда он видит меня голой. Он уже хорошо знает мое тело.

Генри наклоняется вперед, чтобы прикусить мочку моего уха, и я не могу не закрыть глаза и не откинуть голову.

— Ты хочешь кончить, Эбби? — бормочет он.

— Да, — задыхаясь, признаю я, чувствуя, как мой оргазм клубится где-то там, вдоль позвоночника, почти в пределах досягаемости.

— Пока нет, — Кровать поскрипывает, когда он садится позади меня. Схватив меня за бедра, он усаживает меня на свои колени, чтобы я оседлала его задом наперед, подогнув мои ноги так, что они оказываются снаружи его бедер. Я остаюсь лицом к Ронану, к его возбуждающему взгляду, Генри слегка приподнимает меня, чтобы я нависла над его твердым членом.

Желание пульсирует во мне, пока он проводит своей головкой по моим складкам.

— Насколько сильно ты хочешь, чтобы его член вошел в тебя прямо сейчас? — спрашивает Ронан так, как обычно, глубоким спокойным голосом. Он небрежно подпирает подбородок рукой, наблюдая за происходящим.

Я медлю, но лишь на долю секунды.

— Очень. — В обычной ситуации я бы сгорела со стыда, отвечая так открыто. Но что бы ни происходило сегодня вечером, мы делаем это вместе.

Сильные руки Генри крепко сжимают мои бедра. И затем он опускает меня на свою твердую длину, одним толчком входя до упора.

Мой крик наполняет комнату.

— Черт, — бормочет Ронан. — Ты чертовски красивая, Рыжая. — Он сжимает свой член кулаком и начинает лениво водить от основания к головке и обратно.

Этот вид посылает волну возбуждения прямо в мою киску. Теперь мы определенно делаем это вместе.

Генри обхватывает ладонями мою грудь, пока двигает бедрами, его большие пальцы дразняще скользят по затвердевшим соскам. Я рефлекторно выгибаю спину.

— Тогда начинай трахать меня. — Его губы нежно ласкают мой затылок, несмотря на его греховные слова.