— Тебе нужно отойти, — говорит Изабелла, ее руки мягко ложатся на мои плечи, пытаясь поднять меня.

— Подожди. Куда они собрались?

— Он доставит их обратно на место. Они хотят посмотреть, смогут ли чем-то помочь.

— Я тоже лечу! — Я вскакиваю на ноги и пытаюсь броситься к вертолету.

Изабелла с неожиданной силой удерживает меня.

— Это небезопасно.

— Генри в ловушке в гребанной шахте! Мне плевать на безопасность! — Я пытаюсь вырваться из ее хватки, но она держит крепко.

— Пусть летят! Чем скорее они доберутся туда, тем скорее смогут его спасти! — умоляет она, с трудом удерживая меня.

Вертолет взмывает в воздух, прежде чем у меня появляется шанс добраться до него. Я поднимаю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть Ронана, смотрящего на меня сверху. Он привычно машет мне рукой, но на его лице написано страдание.

— Эбби! — Откуда-то из-за спины доносится голос Отем, но я не оборачиваюсь.

— Можешь отвести ее в коттедж? Побудь с ней. Мы заменим тебя на остаток смены, — словно в тумане я слышу слова Изабеллы.

— Конечно. — Другие руки ложатся на мои плечи и куда-то ведут меня. Мои ноги двигаются сами по себе.

Я слышу голос Отем всю дорогу обратно — когда иду по тропинке, по которой я гуляла с Генри, прохожу через дверь в сьют, который я с ним делила — но я не понимаю ни единого слова, что она говорит.

Если Генри погиб…

Я успеваю добежать до ванной как раз вовремя, чтобы извергнуть содержимое своего желудка.

— Эбби.

Кэти стоит у двери на террасу с моим телефоном в руке.

— Это твоя мама.

Я выпускаю воздух, который задерживала.

— Который час? — На улице еще кромешная тьма.

— Пять утра.

Прошло уже больше двенадцати часов с тех пор, как обрушилась шахта, и до сих пор нет никаких новостей.

Мои движения механические, когда я беру телефон и прижимаю его к уху.

— Привет, мама.

— Эбигейл! Боже милостивый, ты в безопасности!

— Да.

Кэти подходит, чтобы поправить одеяло, в которое она укутала меня, когда я вышла сюда, чтобы посидеть на маленьком диванчике.

— Эта история с Генри и шахтой уже во всех новостях!

Она на самом деле произнесла его имя. Не уверена, что она когда-либо вообще его использовала. Он всегда был «тем мужчиной». Хищником. Волком.

— Тебе что-то сообщили?

— Мне сказали, что это был крупный обвал. Они пытаются расчистить ствол. — Мой голос звучит пусто.

— Боже. Как кто-то может спускаться так глубоко под землю, это выше моего понимания. Почему ты сразу не позвонила и не рассказала нам об этом?

— Зачем? — просто говорю я. — Я знаю, как ты относишься к Генри.

— Эбигейл! — восклицает она с негодованием. Наступает долгая пауза, и когда она снова начинает говорить, ее голос спокоен, словно тетя Мэй стоит у нее за спиной и наставляет. — Прошлое осталось в прошлом. Мы собираемся двигаться дальше, и…

— Да, потому что он, вероятно, мертв. Это ты имеешь в виду под «двигаться дальше»? — Как только я произношу эти слова вслух, на глаза наворачиваются слезы.

— Нет, ты не можешь так думать. Не теряй надежду, Эбигейл. Мы все молимся за него. Преподобный прочитает особую молитву на службе сегодня и завтра, и в каждый следующий день, пока его не найдут. Даст Бог, он выживет, как выжил твой отец.

— Я так боюсь, что больше никогда его не увижу. — Я открыто плачу, не в силах сдержать эмоции, которые до сих пор притуплялись страхом.

— Знаю, девочка моя. Жаль, что ты так далеко. С тобой там кто-то есть?

— Да, со мной здесь друзья. Я не одна.

При этих словах Кэти усаживается на диванчик рядом со мной и обнимает за плечи.

— Хорошо. Я рада. Не теряй надежды, Эбигейл. Нам всем просто нужно верить.

Я не знаю, что шокирует больше — ее слова или то, что они звучат искренне. В любом случае, это то, что мне нужно было услышать. Я делаю глубокий вдох и вытираю слезы. Генри не нужно, чтобы я так быстро сдавалась.

— Спасибо, мама.

***

— Черт, вот это душ, — бормочет Рейчел, выходя из спальни в своей рабочей униформе, ее длинные волосы собраны в небрежный пучок. Она бросает косметичку на диван и направляется к столу, чтобы перехватить что-то с подноса с фруктами и сэндвичами, который заказала Отем.

— Спасибо, что позволила мне собраться здесь.

— В любое время.

— Тебе нужно заставить ее поспать, — я слышу, как она шепчет Отем.

— Я не знаю, что делать! — шипит Отем в ответ. — Я пыталась дать ей снотворное, но она не хочет его принимать!