— Выходите, — вновь раздался в голове голос. — Обсудим наше положение.

Очевидно было, что сопротивляться бесполезно. Они ничего не могли противопоставить этому странному маленькому гулю в очках. Он по желанию поджаривал их мозги — с помощью устройства или из-за каких-то неведомых способностей — неважно. Может быть, это и есть этот их Пришедший, может быть, это он и вещает ахинею по радио — и заодно использует вот эти свои мозговые приколы, чтобы гнать сюда Орду.

Мы были слишком самонадеянны, подумал Артем. Схватили одного их представителя в плен и подумали, что можем все. И проиграли.

Поэтому он безропотно подчинился — открыл люк и вылез наружу, ускоритель оставил внутри, из оружия только пистолет на поясе. Скай последовал его примеру. Остальная команда тоже потянулась обратно из десантного отсека.

Отряд Седьмого вокруг потихоньку очухивался. Сам шрамированный уже опустил пистолет и стоял с очень хмурым, но принявшим положение видом. Приятно видеть, что и в стане Потомков нет согласия.

— Это Александр, он же Седьмой, он же Иволга, — зачем-то представил подросток шрамированного, которому кое-как дотягивал до плеча. — Вы, наверное, не знаете, что такое иволга. До войны существовала такая птичка. Очень красивая, желтая. В знак примирения и чтобы Седьмой потом сильно не расстраивался, я попрошу отпустить Лизу.

— Она нас атаковала, — тут же ответил Максимов, — стреляла на поражение.

— Да, — просто ответил подросток, — я попрошу вас простить ее за это. Некоторые из нас слишком трепетно относятся к Новосибирску. Вы, кажется, называете его Пятном? Так вот, среди некоторых наших людей, лидером которых является наш дорогой Александр, ходит поверие, что это наши священные земли. И вы, выходцы из внешнего мира, эти земли оскверняете.

— И кощунствуют над частицей Пришедшего! — выпалила пленница.

— Значит, вы теперь знаете и про это, — спокойно продолжал подросток. — Что ж, тем проще мне будет все вам объяснить.

— Пророк, твою мать, — вступил Александр, — если они надругались над частицей, то можешь сжечь мне мозги прямо здесь, но их следует немедленно казнить.

— Они ведь не понимают, — отозвался парень. — Она у вас?

Роман поднял руки в примирительном жесте, а затем медленно полез в карман.

— Если я правильно понимаю, то она цела, — сообщил он. И достал на свет плату.

Гули вокруг загалдели почти одновременно, но Пророк поднял руку, и они тут же замолчали.

— Наверняка повреждена, — сквозь зубы выпалил Александр. — Дикари тупые. Он же все чувствует…

Артему показалось или за круглыми очками Пророк на миллисекунду, но закатил глаза?

— Освободите Лизу, отдайте это ей и продолжим разговор, — предложил подросток.

Роман уже хотел было подчиниться, но Максимов остановил его жестом стальной руки.

— Что если это наш единственный залог того, что вы нас сразу не убьете?

— Я лишен религиозных предрассудков дорого Александра, — заметил Пророк, — если бы мне нужно было вас убить, частица не стала бы преградой.

— Скажите, чего вы хотите, — предложил Максимов. — И тогда, может быть, продолжим обмен. С вашим… Седьмым, все понятно, мы для него мусор, который надо вымести из дома. А у вас что за интерес?

— Контакт, конечно, — Пророк даже улыбнулся. — Вы же здесь за этим?

— Мы здесь за тем, чтобы остановить трансляцию Храма, — ответил Максимов. — И если вас это не устраивает…

— О чем мы тут вообще говорим? — Александр повернулся к Пророку. — Мне достаточно свистнуть, и Ветерок вмиг закончит их короткие жизни. Остановить трансляцию… Что вы еще хотите? Погасить солнце? Уронить луну на Землю?

Пророк опустил голову, вздохнул. Затем посмотрел на шрамированного снизу-вверх.

— Ничего такого делать мы не будем, — сказал он ему таким тоном, будто отец отчитывает подростка за глупости, хотя выглядели они в точности наоборот. — Подумай хотя бы о том, что это люди, обычные люди снаружи, которые вообще-то уже давно должны были собственной кровью захлебнуться, учитывая наш местный уровень фона. Но они вон стоят, здоровые. Те, что в силовой броне, защищены ею. А вот те, что без…

— Они из Нетопыря сыворотку сварили! — вдруг выпалила Елизавета. — И вкололи себе.

— Двенадцатый мертв? — быстро спросил Александр.

— Да! Они его убили!

Глаза шрамированного забегали — его взгляд скользил по группе, как будто он пытался внешне вычислить убийцу своего товарища.

Очевидно было, что если бы не подросток, Седьмой бы уже приказал открыть по ним огонь из всего что есть. А баскерам приказал бы дожрать то, что осталось.

— Не из какого Нетопыря мы сыворотку не варили, — быстро вступил Артем, — он умер в попытке захвата одной заставы Атома на юго-востоке. Он набрал добровольцев среди Дьяволов и захватил один из наших постов. И затем погиб, когда пост отбили обратно. Вы напали, мы защищались. Понимаете? Это не было намеренное убийство, обычная гибель в пылу сражения.