— Этого нельзя, — просто ответил Илья. — Но пока не знаю, почему.

В этот момент в зал стали заходить люди. Сначала вошли строгие мужчины и женщины и стали расставляться по углам. Охрана. Видимо, им всем особо не доверяют.

Затем еще один охранник ввел Юрия Ская. То есть как ввел — он его просто сопровождал. Сам Юрий шел свободно, на каждом запястье у него висело по дужке наручников, но цепь была разорвана.

Республиканец увидел Тему и Лену, обрадовался и сразу пошел к ним.

— Эй! Эй! Для тебя отдельное место! — крикнул в спину ему охранник.

— Пусть сидит где хочет, — произнес вдруг властный женский голос, — это уже неважно.

Юра сел слева от Темы.

— Что это? — шепнул собиратель, показав на наручники.

— Пугнул их, — весело ответил Скай, — последовал твоему совету. Сработало, кстати. Конверт, пока ваша Ректор не появилась, никто так и не забрал.

— У вас будет время поговорить, — снова властный голос. У двери стояла она — Ректор, глаза Совета Ученых, избранный правитель города-государства Атом. Официально — доктор Антонова.

За ней заходили другие участники Совета — прям весь цвет. Татьяна, как представитель Института Реконструкции, была среди них. Сильнее всех выделялся седой, но при этом статный дед в генеральской форме — глава Военного Института Сергей Алдаров.

Они не шли в зал, а рассаживались за стол на сцене, Тема только сейчас обратил внимание, что на сцену падает специальный свет, а напротив каждого спикера стоит маленький микрофон. Прямо сейчас одна из охранниц расставляла по столу стаканы с водой.

Пока советники рассаживались, вынужденные “зрители” заметно заерзали на своих местах — все-таки, видеть глав государства так близко было непривычно. Но все замерли и замолкли, когда Ректор положила на середину стола конверт. Тот самый. Вскрытый.

— Итак, всем вам интересно, что сейчас происходит, — начала Ректор, обращаясь в зал, — И я не собираюсь держать вас в неведении, так как все вы подписали нужные бумаги. Кто-то из вас знает чуть больше, кто-то чуть меньше. Кто-то попал сюда по ужасно несправедливой случайности, — Антонова кинула взгляд на студентку Лену, — кто-то — по своей воле ввязавшись в историю, которую они не понимают. Атом всегда славился справедливостью и, к сожалению, сейчас происходит именно тот момент, когда мы временно вынуждены отпустить нашу главную ценность. Потому что вы все без исключения с минуты подписания бумаг серьезно поражены в правах. Обычно так приходится делать с преступниками и только по решению суда. Но сейчас у нас нет времени на формальные процедуры.

Ректор остановилась, чтобы отпить немного воды.

— Как вы понимаете, все дело в этом, — она положила руку на конверт, — некоторые из вас уже видели его и даже держали в руках. Как вы понимаете, не только вы с ним взаимодействовали, не думайте, что вы уникальны. Многим людям пришлось подписать бумаги. Советникам, присутствующим здесь, тоже. И мне. Сколько времени продлятся эти ограничения — неизвестно. Но именно людям, которых мы собрали здесь, мы даем шанс сделать так, чтобы эти ограничения были сняты быстрее. И, возможно, спасти Атом. И заодно всю Сибирь.

Зал зашуршал. Тема переглянулся с Юрием, тот тоже выглядел удивленно — видимо, ему не дали просмотреть содержание конверта, который он героически нес до адресата.

Ректор достала лист бумаги из конверта и развернула его. Он был заполнен мелким шрифтом с обеих сторон.

— Это послание предупреждения от Сибирской республики. Понятно, почему оно было доставлено таким образом — сообщение такого рода по радиосвязи посеяло бы панику и хаос и здесь у нас, и у них. Здесь говорится о том, что с юго-востока в Сибирь вошла армия. Огромная, моторизованная армия на ржавой модифицированной довоенной технике. Их настолько много, что фронт их наступления растянулся более чем на тысячу километров. Они называют себя Ордой — видимо, считают себя преемниками монголов. Все это — одичавшие, сошедшие с ума от радиации выжившие Китая. Судя по всему жизнь на радиоактивных пустошах уничтоженной Поднебесной, по которой пришелся самый страшный удар войны, настолько невыносима, что они смогли объединится и совершить бросок через Гоби на север в поисках лучшей доли. Их ведет некто, зовущий себя Ханом, и он, кажется, верит, что он ведет настоящую победоносную армию Китая.

Ректор снова сделала паузу, чтобы отпить воды, и Тема заметил как Роман с готовностью поднял руку. Но его проигнорировали.

— Есть проблема — ни один переговорщик не вернулся. Судя по пропавшей связи, поселения Монголии, окрестностей Байкала и многих других перестали существовать. Даже если когда-то эта армия имела своей целью найти новую землю для жизни, радиация и переход через холодную бесплодную пустошь превратил их в беспощадную волну, задача которой лишь одна — снести любую цивилизацию, до которой можно дотянуться. Сибирская республика уже ощутила на себе первые удары на южных рубежах. Им удалось сдержать натиск, но потерять довольно много поселений. Наткнувшись на преграду, Орда стала растягиваться на запад — судя по всему очень скоро падет Алтай, и мы ничем не сможем помочь. Они движутся вдоль границы республики, а значит скоро естественным образом мы будем отрезаны от сил Красноярска.

Окей, подумал Тема. Очень круто. Звучит угнетающе и довольно-таки безнадежно. А мы о рейдерах переживали…

— Естественно, — продолжила доктор Антонова, — мы сразу же принялись проверять это своими способами. И действительно — юг стремительно погружается в молчание. Все поселения с радиоточками постепенно замолкают. Мы сейчас активно готовимся к приему беженцев. Если что нас и ждет в первую очередь — то это сотни людей, бегущие впереди Орды, чтобы спастись. Это приоритет Атома номер два. Номер один — придумать способ остановить это. Если даже мощи Сибирской республики не хватает, чтобы обуздать противника, то мы погибнем в этом омуте как щепка. И вы здесь в том числе для того, чтобы решить нашу проблему номер один.