Хотя, если бы я не видел во сне то, как и куда именно заносят настоящий саркофаг, то из-за богатого убранства данного зала легко бы поверил, что это место настоящего погребения.

Слишком уж здесь всё богато, чтобы даже казаться обманкой. Но тем не менее, именно обманкой этот зал и являлся.

Очередной ловушкой, которые, как мне казалось совсем недавно, уже закончились.

Нет, не закончились — просто стали немного иными.

Потратив более получаса на осмотр зала, я так и не решился не то что что-то из него забрать, но даже к чему-либо здесь просто прикоснуться.

Подавив внутреннюю жадность и чтобы не бороться с постоянным искушением, шагнул в сторону выхода.

Пора двигаться дальше — тут мне делать нечего.

Центральный проход привёл меня сразу в другое помещение, без каких-либо коридоров между ними. В зал совершенно иного характера, чем тот, который я покинул, не взяв оттуда ничего. Здесь не было блеска драгоценностей и роскоши бронзы. Вместо этого всё пространство, казалось, было посвящено знанию и мудрости.

Стены от пола до потолка покрывали письмена. Десятки, если не сотни, шёлковых полотен, аккуратно развешенных на бамбуковых распорках. Каллиграфия на них была просто потрясающей — каждый иероглиф выглядел как произведение искусства, выполненное с таким изяществом, что даже не умея читать древний язык, я мог оценить красоту письма.

В центре зала стоял низкий столик из красного дерева, на котором были разложены инструменты каллиграфа: кисти различных размеров, водные чаши, печати из резного камня. Всё было расставлено с невероятной аккуратностью, словно мастер только что отошёл от работы и вот-вот вернётся.

Мягкий свет исходил от нескольких бронзовых светильников, подвешенных к потолку на длинных цепях. Магическое пламя в них горело ровно, без малейшего мерцания, создавая идеальные условия для чтения и письма.

Скорее всего, здесь была воспроизведена личная библиотека погребённого правителя, содержавшая тексты по философии, искусству управления, военной стратегии и магическим практикам. Думаю, стоимость подобных трактатов была просто астрономической. А если в них описывались особые техники Возвышения, то им попросту не было цены. В который раз, попав в этот мавзолей, пожалел о том, что не умею читать на языке древнего царства. А те иероглифы, которые мне были хоть как-то понятны, не позволяли даже уловить основной смысл текстов.

Глубоко вздохнув, напомнил себе, зачем я начал этот спуск под землю, и медленно развернулся, идя к выходу из этой кладези древних знаний. Но, прежде чем покинуть зал, попробовал просканировать его магией астрала. Через пять минут не самой глубокой медитации мне стали заметны множество магических нитей, тянущихся от свитков и трактатов в глубину стен.

Выйдя из медитации, едва удержался от раздражённой улыбки. Все эти свитки снова оказались ничем иным, как очередной западнёй. Оценив плетение магических нитей, мысленно прикинул, как будет действовать подобная ловушка. Скорее всего, стоило только взять какой-нибудь из свитков в руки, сняв его с держателя, — магическая нить, идущая от этого свитка в стену, натянулась бы или оборвалась, что, в свою очередь, активировало бы какую-либо боевую магию или хитроумный механизм.

Если прошлый зал был рассчитан на то, чтобы наказать тех, кто жаждет материальной наживы, то этот служил отличной приманкой для тех, кто превыше золота ценит знания. Думаю, не видевшие земных фильмов и не читавшие многочисленных приключенческих книг местные расхитители гробниц наверняка купились бы на подобные сокровища.

Спасибо, но я, пожалуй, откажусь от такой мудрости и останусь всё таким же невежественным, но живым. К тому же мне всё равно не понять, что написано в этих трактатах, названия которых, наверняка, составлены так, чтобы сразу привлечь внимание и вызвать у читающего желание взять их в руки, чтобы ознакомиться с текстом подробнее. К тому же вывешенные на стенах свитки были подвешены так, что загибались примерно на середине. Явно с таким умыслом, чтобы самое интересное в них находилось на участке, который можно было бы прочесть лишь сняв трактат со стены — и тогда западня сработала бы мгновенно, захлопнувшись, как капкан в который попалась любопытная кошка.

Из этой библиотеки не было иного выхода, кроме как вернуться в ложную усыпальницу. Что я и сделал. Там оставались ещё два неисследованных мной ранее прохода. Проверив их с помощью магии астрала, не заметил никаких ловушек и, собравшись с духом, шагнул дальше — в правый коридор.

Короткий проход с резким поворотом вывел меня в новый зал. В помещение разительно отличалось от двух предыдущих. Здесь не было ни блеска золота, ни изящества каллиграфии. Зал выглядел нарочито скромным, почти аскетичным, особенно по сравнению с показной роскошью первого и учёной изысканностью центрального.

Вдоль стен стояли простые деревянные полки, на которых были расставлены глиняные сосуды различных размеров. Большинство из них были запечатаны прозрачным материалом, напоминающим полупрозрачный воск, и сквозь него просвечивало содержимое — зерно, бобы, сушёные фрукты. Припасы для загробного путешествия — скромные, но необходимые. Что-то подобное оставляли и древние египтяне, провожая своих мертвых в последний путь, если мне не изменяет память.

В углах зала стояли небольшие фигурки из обожжённой глины — минъци, миниатюрные изображения слуг и помощников, которые, согласно местным верованиям, должны были сопровождать душу усопшего в мир иной. Они были выполнены просто, без излишних украшений, но с удивительной точностью в передаче деталей. Каждая фигурка имела своё лицо, свою позу, свою одежду.