Все эти люди умрут от наших рук, по нашему приговору и за преступления против нас.

Поскольку я хорошо знаю людей, то, в качестве доказательств участия «Трибунала», я пришлю вам что-нибудь весьма определенное.

Приговоренные к смерти:

1) Мартин Дуарте IV — корабельный магнат. Присылаю вам вместе с этим письмом его указательный палец. Полиция очень быстро определит принадлежность этой части тела по отпечатку. Остальные части этого человека вы найдете, если пройдете по маршруту, приведенному на карте, лежащей в этом пакете.

2)…

3)…

4)…

5)…

Это пока все, что я могу вам сообщить. До скорой встречи, любезная Ирма.

Искренне уважающий вас Полковник'.

Письмо, присланное в «Тарлосс Таймс» на имя Ирмы Галарте. Приведено без купюр.

Мартин пришел в себя с ощущением полной нереальности происходящего.

Его сначала избили, а затем, похоже, похитили.

Какой-то голодранец пришел и выволок его из квартиры Розы. Этого просто не могло быть. У него купленные судьи, купленные полицейские, у него половина города ест с рук. А кто-то посмел вломиться к нему? Кто-то очень смелый, раз решился на такое.

Ну ничего, он еще устроит каждому из этих ублюдков ад. Не пожалеет никаких денег: сначала узнает каждого из этих бандитов. Каждого! А затем примется уничтожать все, что им дорого. Заберет их деньги до гроша, отнимет их дома, пустит по миру каждого несчастного, кто хотя бы руку им пожимал чаще одного раза.

Такое прощать нельзя!

Внезапная мысль пришла сама собой. А что если это — друзья того легавого, которому он обещал проблемы? Ну что же, если этот инспектор Камаль на такое решился, то, черт подери, он заслуживает куда более жестокой участи, чем Дуарте ему уже приготовил.

Не-е-ет, когда он выберется, то точно устроит инспектору интересные времена. Он еще пожалеет!

Сколько прошло времени с момента похищения, определить не получалось. Внутренние часы говорили про годы, а хронометр остался в квартире Розы. Роза… Мысли вернулись к любовнице. Как он только мог забыть про бедняжку? Жаль ее, если умерла, но нужно будет приказать помощнику найти новую госпожу. И охрану тоже придется сменить на более профессиональную, да еще и в суд на их фирму подавать…

Но для этого надо сначала выбраться, а для этого надо хотя бы понять, где он.

Глаза завязаны очень плотно, да и чертов кляп никто с него так и не снял. Остался один вариант — на ощупь. Магнат покрутился вокруг. Руки оставались все так же сцеплены наручниками, но это не помешало ему исследовать место заключения.

Похитители ничуть не заботились о комфорте своего пленника.

Комнатка была небольшой и явно нежилой. Котельная, может техническая ниша или что-то похожее. Рука коснулась горячей трубы, и Дуарте вскрикнул от боли. Из-за кляпа вопль превратился в сдавленное мычание.

Мартин просидел в полнейшей тишине и ужасе неизвестно сколько.

Мысли его теперь заполняли только ошпаренная рука и желание, чтобы этот ужас прекратился. Промышленник закрыл глаза и впервые за долгие годы принялся молиться. Он просил бога дать ему еще один шанс. «Только один шанс, и все изменится. Я исправлюсь», — думал пленник и ждал хоть чего-то.

Господь ответил на молитвы нескоро — через час или около того.

Где-то в отдалении послышались ритмичные звуки шагов. Кто-то направлялся сюда в тяжелых ботинках, чеканя каждый шаг. В полнейшей тишине эта походка казалась подобной барабанному бою или стуку метронома. Каждый удар ноги о пол отдавался громким звонким эхом.

Мартин прислушался, это все, что оставалось.

— Он пришел в себя, господин полковник. — Судя по голосу, говорил молодой мужчина лет двадцати.

— Были проблемы?

— С ним — нет, — произнес тот тип, что притащил Дуарте сюда. Этот голос Мартин никогда не забудет.

— Хорошо, вы отлично справились, а теперь открывайте, — произнес гость, и Мартин почувствовал, что его проблемы до этого момента даже не начинались.

Послышался звук плохо смазанного замка, а после петли немилосердно заскрипели. От этого скрипа зубы свело. Сквозь грязную ткань повязки пробилось немного света. Тут же две пары крепких рук подхватили промышленника и потянули куда-то.

— Пойдем, мой хороший, — произнес тот же человек, что и похитил его. — Познакомишься с моими друзьями.

Хотелось что-то сказать. Окажись у него сейчас свободен рот, Мартин бы говорил не переставая. Он обещал бы золотые горы, абсолютно любую сумму, только чтобы этот кошмар закончился. Можно даже слегка пригрозить.

В конце концов, он вполне заслуженно считался мастером жестких переговоров.

Вот только возможности не представлялось. Похитители явно не настроены на разговор. Пару раз Дуарте показалось, что если главный позволит, то его начнут подгонять пинками и подзатыльниками. Пальцы на ногах стерлись до крови, холодный бетон сменился острой щебенкой. Она врезалась в стопы, пленник орал от боли и умолял не гнать его так быстро, вот только чертов кляп превратил все это в бессмысленное бормотание. Гравий под ногами закончился, и теперь его вели по берегу. Грунт был рыхлым и сырым. Песок быстро попал в раны, и идти стало еще тяжелее. Его тюремщики за все время так и не произнесли ни слова, будто он не первый и каждый четко знает, что надо делать.