— Я удивительный человек, моя дорогая.

— Чего ты хочешь?

— Обмен. — Она прищуривается с подозрением.

— Какой?

— Я хочу познакомить тебя со своими друзьями. — Джулия мгновенно напрягается, и это вызывает у меня смех. — Подожди, как я уже сказал, я собираюсь предложить тебе обмен. Сначала я познакомлюсь с твоими подругами, а потом ты познакомишься с моими друзьями.

— Почему?

— Потому что я хочу тебя. — Я повторяю свои слова, которые сказал её в кабинете, и она прикусывает губу, выглядя теперь чуть более доверчивой, чем в первый раз. Лия долго вздыхает, прежде чем покачать головой.

— Ты уверен, что готов к этому? Они собираются разорвать тебя на части. — Предупреждает она, и моя улыбка становится шире.

— Я родился готовым, куколка. — Я шепчу её собственные слова ей в губы, и Джулия бросается на меня, прижимая свои губы к моим и обхватывая меня между ног. Если это моя цена, то я определённо более чем готов.

ДЖУЛИЯ

— Я торжественно клянусь не делать ничего хорошего! — Говорит Алина, поднимая ладонь, когда я открываю перед ней дверь своей квартиры, и закатывает глаза.

Я оставляю дверь открытой и захожу внутрь, чувствуя, как колотится моё сердце, и это не имеет никакого отношения к тому, что моя подруга собирается пытать Артура. Я никогда не сомневалась, что это произойдёт, и предупредила его заранее. К тому же, я чувствую, что вот-вот сорвусь, потому что мы занимаемся этим.

Неужели у меня дрожат руки? Кажется, они действительно дрожат! Боже, зачем я это делаю? Потому что ты хочешь его так же сильно, как он хочет тебя. Мой разум подсказывает ответ, и я поворачиваюсь к Алине, которая вешает свою сумочку на один из крючков, прикреплённых к стене рядом с дверью. Заметив мой взгляд, она поворачивается ко мне и наклоняет голову.

— Ты готова признать это? — Спрашивает она, и я открываю рот. Облизываю губы и быстро отвожу взгляд, прежде чем снова сосредоточить его на своей подруге.

— Я боюсь, — тихо признаюсь я. Сначала Алина смотрит на меня серьёзно, но затем запрокидывает голову в громком и характерном смехе. Я раздражённо рычу. — Не понимаю, зачем я продолжаю с тобой разговаривать! — Жалуюсь я, бросаясь на диван и обхватывая голову руками.

Я слышу её шаги, затем чувствую, как она садится рядом со мной. Она касается моих рук, заставляя поднять лицо, и кладёт указательный и средний пальцы мне на подбородок.

— Наконец-то я дожила до того дня, когда Джулия Лисбоа признала это вслух, — говорит она резким тоном и взглядом.

— Это не смешно.

— Да, это смешно! И к тому же очень вкусно! Наконец-то! — Она поднимает руки вверх, широко раскрывает глаза и выдыхает через рот. — Ты не сможешь вечно жить в своём защитном пузыре, Джу. Защищать себя это, конечно, хорошо, но и причинять себе боль тоже необходимо. Животные меняют перья, шерсть и кожу, и нам это тоже нужно. Даже если мы надеваем защитные щиты, это не отменяет этой потребности. Я понимаю, что тебе причиняли боль, но каждый человек в какой-то момент своей жизни испытывает её, смирись с этим!

Я запрокидываю голову и моргаю.

— Я не в той комнате? — Спрашиваю я, приподнимая бровь. — Потому что я думала, что это будет сеанс поддержки Джулии, а не насмешек.

— Что ж, — она поднимает руки и ударяет ими по своим бёдрам. — Это сеанс «Давно пора, Джулия!» И, между прочим, я тебя поддерживаю. А это значит, что пора наконец положить конец сеансу сострадания Джулии к себе.

— Это не сострадание к себе, это…

— Что? Страх? — Перебивает она меня. — Желание защитить себя, которое мешает тебе жить полной жизнью?

— Я не знаю, как это сделать, — признаюсь я, отводя взгляд, но пальцы Алины заставляют меня снова встретиться с ней глазами.

— Никто не ждёт, что ты всё знаешь. Ты просто должна быть готова учиться.

— Разве я не этим занимаюсь? — Спрашиваю я, указывая на квартиру вокруг нас, мою квартиру, которая уже готова принять Артура и моих подруг.

— Не отступай, — слышу я, не зная, просьба это, предупреждение или приказ.

— Я должна сказать ему, — произношу я вслух, — о самом большом источнике моих страхов. О том, что вызывает во мне смесь тревоги, беспокойства и стыда. Да, стыда.

— Тебе это нужно, но сначала ты должна признаться себе в своих чувствах.

— И разве я только что не сделала это?

— Ты призналась, что боишься, этого чувства.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? — Спрашиваю я, и она поднимает брови. — Мне нравится он, ясно?

— Нравится? Тебе, что двенадцать лет? Выбирай правильные слова, Джулия! Боже мой!

— Я люблю его, чёрт возьми! Безумно люблю самого большого идиота в Сан-Паулу! В чём, чёрт возьми, моя проблема? — Я ударяю Алину по руке, освобождая подбородок от её прикосновения, и откидываюсь на спинку дивана, прикрывая глаза рукой.