Он провёл пальцами по моим волосам — жест мягкий, почти извиняющийся.

— Позволишь отвезти тебя на пары? — спросил он. — Хочу хотя бы начать день нормально.

Я не успела ответить — что-то в груди рвалось наружу, и я не хотела тянуть.

— Кай… — сказала я, и по выражению его лица он понял: важное. — У меня есть новость.

Его глаза вспыхнули интересом.

— Только не говори, что это о… — он усмехнулся, — очередном конфликте в универе. Надеюсь, не сегодня?

— Нет, — я покачала головой. — Я… вчера ходила на собеседование. В «НоваЛабс». Исследовательский центр. Частный.

Секунда.

Вторая.

Он замер.

Улыбка исчезла, словно её стёрли пальцем. Лицо чуть напряглось, взгляд стал острым, изучающим.

— И? — спросил он очень спокойно. Слишком спокойно.

— И… меня приняли, — я всё-таки улыбнулась. — Я начну через неделю.

Он не улыбнулся в ответ. Не сказал «какая ты умница». Не обнял. Только смотрел — будто пытался собрать воедино пазл, который ему категорически не понравился.

— Рэн, — начал медленнее, чем обычно, — зачем тебе это?

Я моргнула.

— В смысле — зачем? Мне нужна работа. Мне нужны деньги. И я хочу получить опыт.

— Ты учишься на первом курсе в самом сложном университете страны, — произнёс он всё так же ровно. — У тебя нет ни времени, ни сил на полноценную работу. Ты и так едва спишь.

Он шагнул ближе, ладонью накрыв мою руку.

— Скажи, если тебе нужны деньги. Я дам. Без вопросов. Просто скажи.

— Кай… — я выдохнула, пытаясь удержаться от резкого ответа. — Я не хочу жить за твой счёт. И не хочу быть для твоей семьи чем-то вроде… благотворительного проекта.

Он поморщился так, будто я ударила.

— Ты же понимаешь, — сказал он тихо, — они не обрадуются.

— Зато это моя жизнь, — ответила я. — Не их.

Он провёл рукой по волосам — жест нервный, почти редкий для него.

— Ты выбрала центр на другом конце города не просто так, да? — спросил он. — Чтобы никто не узнал?

— Чтобы никому не пришлось объяснять, — я пожала плечами. — И чтобы никто не сказал, что я пытаюсь залезть в ваш мир и устроиться на работу по связям.

Кай сделал шаг назад, будто от дистанции между нами мысли собирались легче.

— Ты не понимаешь. Это небезопасно. Это далеко. Это будет тяжело. И… это тебе не нужно.

Я ощутила, как внутри поднимается что-то острое, обидное.

— Мне нужна эта работа, Кай, — сказала я. — И мне нужна моя самостоятельность. Я хочу быть кем-то большим, чем просто… кто-то рядом с тобой.

Его взгляд дрогнул. Пару секунд он молчал. И когда заговорил снова, голос стал глуже:

— Я просто не хочу, чтобы ты разрывалась.

И почему-то эти слова обожгли больнее, чем должны.

— Я не разорвусь.

Он хотел что-то сказать, но не стал. Только выдохнул резко, болезненно.

Внутри меня радость от новой работы вдруг стала горькой. Кай был рядом. Но не со мной — не в той эмоции, которой я ждала.

Он пришёл утром. Он поцеловал меня. Он извинился.

И всё равно где-то под этим было ощущение пустоты — будто он стоял не в той точке, где меня нужно было поймать.

— Поехали? — спросил он наконец.

Я кивнула, хотя внутри всё стояло дыбом.

И когда он открыл передо мной дверцу машины, я почувствовала, что день только начался, а я уже устала от того, как много приходится не говорить.

Поездка в университет оказалась странно тихой.

Кай вел машину привычно аккуратно — обе руки на руле, взгляд вперед, выражение лица собранное. Ничего нового, ничего подозрительного. И всё же… что-то в нём сегодня было другим. Будто он продолжал обдумывать разговор, прокручивая его снова и снова.

Я чувствовала эту его задумчивость кожей. Словно она лежала между нами, как третья фигура, разделяющая воздух пополам.

Он включил музыку — негромко, спокойный фоновый трек, который обычно успокаивал меня. Сегодня — нет. Сегодня каждая нота будто натирала изнутри.

Я смотрела в окно. Улицы блестели свежестью. Люди спешили на работу. Машины шли плотным потоком. Жизнь вокруг текла обычным ритмом, а у меня внутри всё ещё дрожало эхо вчерашней ночи.

«Не позволяй им сломать тебя. Ни университету. Ни моей семье. Ни ему.»

Голос Коула был ясным, как будто он сидел рядом — не Кай. И от этого мысль казалась предательской.

Кай заметил, что я отвернулась слишком резко — улавливал такие мелочи мгновенно. Повернул голову краем взгляда.

— Ты… злишься? — спросил он осторожно.