Стьюи заказал еще один джин.

– Я всегда верил, что любовь между двумя людьми - это святое. Двое людей вместе сильнее, чем когда они сами по себе. В мире много плохих людей, Джеки. Пользователи, лжецы, мошенники и все прочие ублюдки, которые используют уязвимых людей в своих корыстных целях. Но любовь защищает нас от таких людей.

– Ты последний человек, от которого я ожидал это услышать.

– У всех нас есть свои козыри, Джеки. У тебя есть, у меня есть. Ты думаешь, что мой единственный интерес к Веронике - это финансы.

– На самом деле, Стьюи, так и есть. Вероника - твой единственный важный клиент. Без нее ты бы пропал.

– Это правда. Но она также мой друг, и я забочусь о ней.

Это было очень странно. Стьюи показал себя с такой стороны, о существовании которой Джек и не подозревал. Возможно ли, чтобы Стьюи был кем-то большим, чем эгоцентричный сутенер от искусства? Под одеждой, прической и декадентскими замашками скрывался достойный человек?

– Она тебе тоже по-прежнему небезразлична, Джеки.

Джек уставился на него.

"Да, так и есть, - подумал он.
– И я ни хрена не могу с этим поделать, не так ли?"

– Все, что я имею в виду, это то, что Вероника может оказаться в плохой ситуации, и чертова Джинни ей совсем не поможет. Вероника не очень решительный человек, и что касается этого уединения, Джинни всегда будет рядом, чтобы помочь ей принять все неправильные решения.

– Что делает Веронику еще более уязвимой.

– У тебя получилось. Этот парень, Хоронос, он ловкий, он умелый манипулятор. Он знал все, что нужно сказать, чтобы произвести впечатление на Верн, и все правильные способы это сказать. Ему потребовалось каких-то пять гребаных минут, чтобы заставить ее полностью забыть о здравом смысле, и это выглядело так, словно он спланировал все заранее. На самом деле, он совершенно незнакомый человек. Хоронос и два его симпатичных мальчика? Насколько нам известно, они могут быть чокнутыми.

Джек начал заводиться. Стьюи был прав. Кто знал, кем были эти парни и в какую игру они играли?

– Я провожал их, Верн и Джинни. Верн пообещала держать меня в курсе того, что происходит с выставками в галереях. Я не услышал от нее ни слова, - Стьюи осушил еще один стакан джина.
– Ты должен позаботиться об этом, Джек.

– Я не знаю, где она, - возразил Джек.
– Я вообще ничего об этом не знаю.

– Тебе что, совсем насрать, чувак?

– Конечно, нет, придурок.

– Тогда сделай что-нибудь с этим, говнюк.

– Что?

– Ну же, Джеки. Ты же полицейский. Ты можешь разобраться с этим клоуном Хороносом. Просто делай то, что обычно делают копы, когда хотят что-то узнать.

– Я мог бы проверить его фамилию, если у него есть судимость, но это займет некоторое время. Я мог бы попробовать и дорожно-транспортные происшествия. Если бы у меня была дата его рождения или его личный номер, это было бы намного быстрее, но у нас нет такой информации. Ты говоришь, он купил картину за наличные? Это было много купюр или мало?

– Много купюр, чувак. Банкноты средней стоимости.

– У тебя все еще есть деньги?

– Нет, черт возьми, я внес их в тот же день в банк.

– Черт, - пробормотал Джек. В банках хранились записи о снятии крупных сумм.
– Он передавал их тебе в чем? В конверте?

– Нет, он отдал их мне в гребаном ящике для инструментов. Конечно, конверт был. Но на нем ничего не было написано.

– Конверт все еще у тебя?

– Я его выбросил.

Джек нахмурился.

– Хорошо. Ты сказал, что эти двое парней забрали картину, которую купил Хоронос. Что за машина?

– Фургон. Белый.

– Марка, модель, год выпуска?

– Я не знаю, чувак. Я похож на продавца автомобилей?

– Ты видел номер на знаке?

– Нет, у меня не было причин смотреть.

– Ты обратил внимание на состояние и цвет покрытия?

– Нет, - сказал Стьюи.

Джек постучал по стойке бара. Что еще там было?

– Эти двое парней? Ты, должно быть, дал им квитанцию за покупку.

– Да, стандартная квитанция. У меня есть наша копия. Тот, что поменьше, подписал ее, но я ни черта не могу разобрать в подписи.

– Мне все равно нужно это увидеть, - сказал Джек.
– Мне также понадобится информация о дне, когда ты внес депозит, и о банке, который ты использовал. Банк зарегистрирует сумму внесения наличных и серийные номера купюр, если они идут подряд. Если они не идут подряд, они запишут номера образцов.

– Какой от этого толк?

– Возможно, я смогу привязать твой депозит к снятию средств Хороносом. Если я смогу найти его банк, я смогу найти и его самого. Единственная проблема в том, что банковские записи являются защищенной информацией. Если у меня не будет достаточных оснований убедить судью в том, что Хоронос совершил преступление, чего у меня нет, они не покажут мне записи о сделках.