В этот момент я понимаю, что есть лишь один человек, с кем я хочу поделиться своей эйфорией. И именно неотвеченные звонки за последний месяц удерживают меня от этой попытки.

Она возвела между нами баррикаду в тупике.

Победа тает с каждой секундой из–за ее откровенного отказа, и я наконец постигаю сокрушительную тяжесть поражения в слове, которое ненавижу больше всего, – «нельзя».

Я решаю ненавидеть ее за это чуть–чуть, потому что ее отказ сделал это слово частью моего лексикона. Попытки вернуться в то состояние эйфории, что мы создали, оказались тщетны. Чем тверже она придерживается своей позиции, тем сильнее мое разочарование. Это приводит меня к выводу, что в ней куда больше от злодейки, чем она сама верит.

День за днем она крадет мое душевное спокойствие своим жестоким безразличием и намеренным отсутствием. Как бы она ни старалась, я уверен, что не я один ощутил некое откровение, неоспоримый сдвиг за время, проведенное вместе, особенно в последние часы. Она может притворяться невеждой и безучастной сколько угодно, но я тоже чувствовал это слишком явно – и с ее стороны тоже, – чтобы верить иначе.

Что она предельно ясно дала понять, так это то, что я не могу конкурировать с ее любовью и преданностью к Нейту Батлеру. Над этим у меня абсолютно нет контроля.

Возможно, она тоже стервятник, обглодавший меня до костей и пожирающий мои мысли наяву. Допивая пиво, с гневом, кипящим из–за списка «нельзя», связанных с Натали Батлер, я делаю единственное, что могу, – притупляю впечатанные в память черты ее лица до размытости вместе с моей новой группой.

Глава

24.

Натали

«Here with Me» – Susie Suh, Robot Koch

– Натали, Земля вызывает Натали! – Холли нетерпеливо щёлкает пальцами у меня перед лицом, и я понимаю, что снова выпала из реальности. Летнее солнце припекает плечи, и я опускаю вилку, которую только что поднесла ко рту.

Секунду назад я была в грузовике Истона, ветер трепал мои волосы, а он посмотрел на меня, и наши взгляды встретились, вызвав знакомый трепет. Вернувшись в настоящий момент, я смотрю на Холли, готовясь извиниться. – Прости, что ты говорила?

– Это уже третий раз за пятнадцать минут, когда ты уплываешь. Я не буду пересказывать всё заново, – сухо говорит она, хмурясь. – Что с тобой в последнее время?

Истон звонил. Снова. И я не ответила. Снова.

– Каждый раз, когда я дохожу до самого интересного, ты выпадаешь.

– Извини, – слабо оправдываюсь я. – Я же говорила, что много работаю. Я просто устала.

– Да, но ты не одна такая. Или ты забыла, что я только что окончила университет?

– Я знаю. Я была там, – улыбаюсь я. – И я так тобой горжусь.

Кажется, на время она успокаивается, проводит ухоженным пальцем по глянцевитому темно–каштановому хвосту, и ее глаза, такого же оттенка, смотрят на меня умоляюще.

– Нам нужно развлечься. У меня стажировка начинается только через несколько недель. Хочешь куда–нибудь махнуть на выходные?

– У меня много работы. Сейчас не лучшее время.

– Ты всегда много работаешь, – ноет она. – Давай уже! Если я вовлеку Деймона, мы сможем махнуть в Нолу и снять дурацкий дорогой номер за его счет.

– Возможно, – я избегаю смотреть на телефон, который лежит на столе экраном вниз. Истон звонил мне два раза в неделю последние два месяца. Каждый раз, когда я не отвечаю, он позволяет телефону звонить до голосовой почты. Каждый раз, когда я проверяю, сообщение состоит из тишины и фоновых шумов, словно он хочет что–то сказать, но останавливается.

Никаких смс, только два еженедельных звонка без сообщений, что я считаю справедливым наказанием, ведь я жажду услышать любое его слово, но не могу заставить себя ответить.

К тому времени, как я приземлилась в Остине, Истон уже выпустил свой первый сингл. Мне никогда не забыть шок, когда я услышала эту новость по дороге домой и лихорадочно начала переключать радиостанции, чтобы поймать его песню. И это была не просто какая–то песня, а та самая, под которую мы занимались безумным, меняющим жизнь сексом всего несколько часов назад. Казалось, он зовет меня обратно к себе.

Как только сингл Истона попал в эфир, он стал вирусным на всех форумах и в СМИ. Даже ESPN прокомментировали это в спортивных новостях.

В итоге отсутствие продвижения оказалось лучшим из возможных маркетинговых ходов, обеспечив ему постоянное вещание и уважительные кивки от других артистов. И его музыка, и новости о его внезапном и неожиданном релизе распространились в СМИ как дикий огонь. Рози была в ярости, что ее опередил не кто иной, как сам артист. Факт, который до сих пор вызывает у меня тайную улыбку – ежедневно.