А что если они не сумеют раздобыть этот троллий клад до полуночи? Тогда каменноголовые явятся в Альдбро и придется отбиваться. Как отбиться от тролля? Силой — никак, это Лив помнила еще по сказкам. Сказки — великое дело, именно они учат основам обращения с той стороной.

Но на всякий случай молоток из сарая она принесла и спрятала. А вообще, надо бы скопить карманные деньги и приобрести дамский револьвер. Или у дяди Эгиля занять: в его коллекции какого только оружия нет, и стрелкового, и колющего, и режущего. Все и не упомнить.

Калитка заскрипела, и Лив насторожилась. Шаги были непривычные: не мягкая поступь тетушки, и не быстрая, четкая — гере Ларса.

В дверь постучали — с перерывами, будто гость и сам не был уверен: а нужно ли ему сюда.

Лив открыла.

На пороге стояла Кара Фратсен. Бледная, с зареванными глазами. В руке вчерашняя невеста сжимала смятый кружевной платок.

— Тетка твоя дома? — не здороваясь, спросила она.

Городской дом барона встретил Ларса строгой тишиной и закрытой дверью. На резкое дерганье колокольчика и громкий стук долго никто не отзывался, потом дверь приоткрылась и на крыльцо выползла древняя старушенция в чепце-одуванчике.

— Юноша, — прошамкала она, — почему вы так тихо стучите? Если бы я не спустилась на кухню поставить чай, то ни за что бы не услышала. Право, такая скромность офицеру не к лицу, — заметила она, посмотрев на запыленный мундир.

— Могу, я поговорить с бароном? — довольно громко и не слишком учтиво осведомился Ларс.

— Да вы неужто больны? — участливо спросила престарелая дама. — Еле-еле сипите. Не разберу ничего.

— Я должен увидеть гере Дальвейга! — повысил голос ленсман.

— Простуда? — покачала головой старушка. — Или даже ангина? Так пойдемте в дом, я как раз малиновое варенье достала. Выпьете чайку, авось полегчает, и голос появится.

Ларс едва не взвыл. Почти час дня, а дело еще не сдвинулось с мертвой точки, а он тут жарится на солнцепеке посреди Гёслинга и тратит время на тугую на уши, как глухарь на току, экономку.

— Господа где?! — заорал он, утратив всякое почтение к старости. — Барон? Баронесса? Дома?

— А-а, юноша! — на лице старушки засветилась улыбка. — Вы к госпоже Дагмар? Так бы сразу и сказали. Она еще вчера отправилась в Энтдален — навестить подругу. Может, слышали — почтенная фру Гильденстерн, жена лесопромышленника…

До Энтдалена был почти день пути. Одна ниточка рвалась — догнать баронессу до вечера уже невозможно.

— А барон? — простонал ленсман, надеясь и одновременно страшась. — Он вместе с матерью?

— Ветреник Свейн? — расцвела экономка. — Так вы его приятель? То-то мне кажется, будто я уже видела вас в нашем доме… Наверно, на приеме по случаю именин…

— Где он, добрая женщина?! — вопли Ларса начинали привлекать внимание — в окне соседнего дома отодвинулась кружевная занавеска.

— Как где? — удивилась старушка. — Веселится где-то, как и полагается в молодости! О, юность, вот помню, когда мне было шестнадцать…

Ларс понял, что пора ретироваться. Не тратя времени на ненужные слова, он отвесил престарелой даме поклон.

— Как, уже убегаете? — она всплеснула руками. — И не попробуете варенье? Как жаль! Берегите горло, юноша! Наденьте шарф!

— Обязательно!!! — пообещал Ларс сердобольной экономке и половине квартала. Занавески дружно расправились.

— Кто там, Лив? — окликнул со второго этажа отец. Кара Фратсен вздрогнула и подалась назад, словно пугливая лань, готовая сбежать при малейшей опасности.

— Тетушки Эдны нет, — быстро сказала Лив. — На что она тебе?

По правилам вежливости следовало сказать «вам», но Кара была всего-то лет на пять старше. Перебьется.

— Снорри Прищур сказал, что она дама знающая. Что поможет. Подскажет, как быть.

Ого, подумала Лив. Кажется, тетушка начала обретать неизбежный шлейф репутации.

— Конечно, — обнадежила она. — Фру Эдна, она такая. Подожди, она скоро придет. Наверно. Пройди в дом. Кофе будешь?

— Нет, я позже приду, — Кара отступила назад.

— Да кто там, Лив? — отец спустился вниз, прежде чем Лив успела ответить, а Кара — сбежать. — Фрекен Фратсен, вот так сюрприз. Чем обязаны?

— Я… я…

Кара заметалась на месте, не зная, что делать. Руки мяли кружевной платок.

— Гере Кнуд, а вы правда видели Бьярне? — внезапно выпалила она.

Отец прищелкнул пальцами.

— Прищур, — раздраженно проговорил он. — Что за болтливый старик… ничего нельзя доверить.

— Нет, — торопливо ответила Кара. — Он не болтал. Он только мне. Только мне, по секрету. — Так вы видели Бьярне, да?