Он принялся загибать пальцы.

— Старая дорога есть? Есть. Курганы есть? Есть. Рунные камни есть? Есть. А…

Снорри внезапно закашлялся.

«Альвы есть? Есть», — мысленно продолжил за него Ларс.

— А про сокровища, что на пустоши зарыты, слухи, сколько я себя помню, бродят, продолжил Снорри. — Смеешься? А зря. Умные люди в это верили.

— Например?

— Кетиль Амундсен, покойный наш городской советник. Бывало, засядут они с молодым Дальвейгом в «Гусе». Вот как мы с тобой сейчас…

— С молодым Дальвейгом? — переспросил Ларс. — Городской советник дружил с бароном Свейном?

— Так он и с баронессой был дружен, — подтвердил Прищур. — А с мальчишкой и вовсе не разлей вода. То в бильярд играли, то в карты, а то вино вместе пьянствовали. Амундсен же горазд был выпить, да и барон не сильно отстал. Весь в папашу своего покойного. Сейчас-то юнец так не гуляет — мать да Йотун ему полной воли не дают…

— Ну, засядут они и дальше что? — Ларс постарался сосредоточиться. Если уж всплыло имя барона Дальвейга, следует разузнать побольше. Снорри и не собирался отмалчиваться.

— Что? К столу пригласят, виски дорнлесского поставят. Давай, Прищур, чеши языком. Вот, помню, тоже выпытывали, почему Огнецвет сам за кладом не пошел…

— Руки не пожелал марать? — предположил Ларс, с раздражением припомнив надменные манеры невидимой силы. Пальцы сами собой сжались в кулак.

— Может, и так, — согласился старик. — Но сдается мне, что другая причина. Слышал я, будто клад заклят от Дивного народа навек. Не найдут альвы дорогу через пустошь. Человек нужен. Человек.

Прищур цокнул языком.

И Ларс внезапно понял, что и они сейчас рассуждают так, будто и сокровища, и заклятье, и неведомый убийца реальны. Что творится вокруг? Он вышел проветрить мозги, а зацепил нить новой тайны. Или нет, старой тайны. Сколько еще загадок таят предгорья Рандберге?

Одно Ларс знал точно: лучше бы эти тайны миновали его стороной.

Глава 12

Падение

Новый визит в Сосновый утес прошел напряженно. Баронесса Дальвейг источала яд сдержанного негодования. На вкусе и аромате чая это нисколько не сказывалось — он был отменным.

— Признаюсь, я удивлена вашими действиями, гере Иверсен, — заявила она после краткого приветствия. — Вы обещали направить все силы на раскрытие преступления. Но что я узнаю: виновник отпущен под залог, а этот ужасный мужлан — герсир Блюмквист — поносит наше имя по трактирам. Сцена в суде была поистине безобразна.

— Позвольте напомнить, — угрюмо заметил Ларс. — Решение об освобождении Бьерна Тильсена принимал не я, а судья.

Баронесса отмела его возражения.

— Не нужно уловок, гере Иверсен. Если бы вы пожелали оставить злодея в тюрьме, вы бы смогли найти нужные аргументы для судьи. А теперь этот Тильсен бродит на свободе, и кто знает, не решит ли он довести начатое до конца…

Ларс едва не выругался. Да что же это такое! Или здесь ленсман вроде каната, который каждый тянет в свою сторону?!

— Я не стану отыскивать «нужные аргументы», — ответил Ларс. — Я буду искать факты и доказательства. И у меня есть большие сомнения в виновности Бьерна Тильсена.

— Вы про ту девицу? — Баронесса брезгливо поджала губы. — А вы не думали, что вся эта пошлая история может быть балаганной комедией?

Ларс потер переносицу. Мысль, конечно, здравая, но…

— Думал. Видите ли, госпожа баронесса, если бы вся эта история не была правдой, вряд ли бы ее отец решился на огласку. Представляете, какой позор для девушки? Наш добрый фермер отнюдь не исполнен жалости к ближнему, нет, он просто пытается прикрыть недостойное поведение дочери свадьбой. Не стоит беспокоиться: будущий тесть держит парня на коротком поводке.

— Что ж, полагаюсь на ваше слово. — Веры в голосе баронессы было явно меньше, чем с льняное семя. — Допустим, этот юноша невиновен. Кто же тогда…

— Я надеюсь это выяснить, — Ларс отставил чашку и поднялся. — А до той поры прошу вас проявлять осторожность…

— Вы намекаете, что мы должны запереться в усадьбе и дрожать в ожидании неизвестно чего? В то время, когда эти деревенщины смешивают с грязью имя, служившее королю и стране столько лет? Право, не будь вы офицером, я заподозрила бы, что ваше предложение отдает трусостью…

Ларс резко выпрямился.

— Я сказал, лишь то, что сказал. Вы вольны искать намеки, но, не будь вы дамой, мы бы уже обсуждали условия дуэли.

На лице Дагмар Дальвейг промелькнула тень улыбки — так зимой по стылому седому небу скользит негреющий луч солнца.

— Я не желала вас оскорбить, гере ленсман. Если вы считаете, что моему сыну может грозить опасность, мы примем надлежащие меры. Но ведь вы прибыли не только предостеречь?

— Мне нужно переговорить с вашим управляющим.