— Так, какие же из них кабели управления циклотроном? — пробормотала она себе под нос.

Эта панель в полу была смотровым люком, использовавшимся командой Фьючера для проверки и ремонта кабелей управления, уложенных под полом. Джоан Рэндалл, досконально знавшая «Комету», вспомнила о нём. Нортон и его подельники даже не подозревали о существовании этой панели.

«Если я правильно помню, красные кабели — это те, что идут от реостата педали управления к циклотронам, — подумала она. — И если я смогу замкнуть эти два кабеля накоротко, мой план может сработать».

Она знала, что произойдёт. Гудящие циклотроны, снабжавшие вибрационный привод энергией, взорвутся из-за слишком резкого выброса топлива. Возникший взрыв разнесёт весь циклоотсек в кормовой части «Кометы».

Этот взрыв мог также разрушить и крошечный отсек, в котором она была заперта, пробить корпус корабля и принести мгновенную гибель всем, кто находится на борту. Но Джоан Рэндалл проигнорировала эти угрожающие её жизни последствия. Стоило пойти на любой риск, чтобы сорвать зловещий план Нортона.

Она быстро начала тереть два красных провода друг о друга. Когда из-за трения изоляция на них повредится, произойдёт короткое замыкание и последует взрыв.

Пока Джоан Рэндалл старалась вывести «Комету» из строя, Курт Ньютон и Фьючермены пытались сохранить спокойствие перед лицом неминуемой смертельной опасности. Их повреждённый крейсер теперь с ужасающей скоростью увлекало мощным эфирным течением прямо в сердце космического водоворота. И всё же Курт Ньютон и его товарищи оценивали своё опасное положение с холодной отстранённостью.

Их затруднительное положение становилось ещё более опасным из-за того, что беспомощно дрейфующую «Молнию» всё сильнее бомбардировало космическим мусором, который несло то же течение. Огромные зазубренные метеоры, глыбы породы, выброшенные вулканическими извержениями какой-то планеты, массы чёрной космической пыли — всё это со скрежетом ударялось о борта крейсера, пока он мчался вперёд, захваченный вихревым потоком.

— Эти течения захватывают и переносят межзвёздный мусор со всего космоса, — пробормотал Курт Ньютон. — В самом водовороте его будет ещё больше, и рано или поздно он сотрёт нас в порошок.

— А нельзя ли рискнуть и использовать вибрационный привод ровно настолько, чтобы выбраться из потока? — с тревогой в голосе спросил Эзра Гурни.

Курт Ньютон покачал головой.

— Это станет нашим концом. Без опорных стоек, способных выдержать тягу двигателя, ускорение сомнёт всю заднюю часть корпуса. Нам нужны новые балки для восстановления стоек, и нужны срочно.

Неугомонный Ото высказал предложение:

— Шеф, если нам нужен металл для балок, почему бы не использовать Грэга? В его корпусе наверняка тонна сталита — можно его переплавить.

— Ну вот, опять он за своё — вечно грозится разобрать меня на металлолом, — гневно рявкнул Грэг. — Я его самого раскурочу, если он ещё раз такое ляпнет.

Курт Ньютон проигнорировал возникшую перепалку. Он совещался с Мозгом. Беспомощный корабль продолжал свой гибельный полёт.

— Видишь какой-нибудь выход из этой передряги, Саймон?

— Нет, без новых балок для распорок — никак, — ответил Мозг своим металлическим голосом. — А взять их неоткуда. Что ж, я всегда хотел провести научное исследование внутренних областей эфирного водоворота.

Капитан Фьючер нетерпеливо взмахнул рукой:

— К чёрту отвлечённые научные исследования. Нам нужно как-то выбраться из этой передряги и продолжить погоню за «Кометой». Если мы этого не сделаем, Джоан может погибнуть.

Эзра Гурни, стоявший у иллюминатора, в который он смотрел всё это время, внезапно издал пронзительный возглас:

— Святые космические черти, там корабль!

— Это «Комета»? Если да, значит, и они попали в ловушку.

— Нет, это не «Комета». Он не похоже ни на один корабль, виденный мною раньше, — с благоговением в голосе произнёс Эзра Гурни.

Они столпились у иллюминатора. Там, на фоне звёзд, в нескольких тысячах ярдов от них, вырисовывался чёрный контур длинного неосвещённого космического корабля.

Он действительно не был похож ни на одно судно, знакомое людям Фьючера. Он был длинным, веретенообразным, с плоской рубкой, выступающей из середины корпуса.

— Он захвачен тем же течением, что и наш корабль, — воскликнул Курт.

Его серые глаза вспыхнули: он узрел внезапную надежду.

— Но откуда он взялся, и почему на нём нет огней? — в недоумении развёл руками Грэг.