— Че ты психуешь? — прыскаю я, встав рядом с ним. — Девушка просто расстроилась.

— Че я психую? — зло смеется он. — Даже на знаю, Даш. Наверное, меня бесит, что я получил плевок за собственные же бабки. От шлюхи, которая сочла чаевые за утренний минет предложением состариться вместе! — рявкает он, полоснув по мне свирепым взглядом. — Не раскаляй, Даш, — добавляет он спокойнее. — Я плачу за секс не потому, что не в состоянии завязать отношения. Я не хочу встречаться с женщиной только ради секса. Вот этого не хочу! — Он указывает кулаком с зажатой в нем тряпкой на остатки надписи. — Я не даю обещаний, которые не планирую сдерживать. И пытаюсь перекрыть свои потребности, не вводя никого в заблуждение. Но нет, обязательно найдется овца, которая сделает из тебя козла. И убедит в этом остальное стадо.

— Бе-е-е, — очень похоже блею я, разряжая обстановочку.

Бугров плотно смыкает губы, перестав драить свою тачку, но не выдерживает и сдавленно смеется.

— Вот нахрена? — укоряет он, искоса посмотрев на меня. — Я говорил серьезно.

— Я поняла, Саш, — мягко заверяю я, потерев ладонью его плечо. — Ты пытался быть хорошим парнем. Но не учел одной детали.

— Все бабы дуры? — кривляется он, а я с улыбкой закатываю глаза.

— Нет, — отрицаю я с едкой ноткой в голосе. — Как сегодня сказала Танюша, сердцу не прикажешь.

— Только не говори… — ужасается он.

— Нет, эта несчастная влюбилась в твоего брата.

— Еще хуже, — морщится он. — Чтоб ты понимала, вот эта хреновина, — он кивком указывает на стоящий на асфальте флакон, — его подарок. Пригодилось, глянь-ка.

— Больше не психуешь? — спрашиваю я и позволяю себе маленькую шалость, легко касаясь его волос, поблескивающих в свете уличных фонарей и подсветке на фасаде здания.

Мягкие. Чудовищно мягкие. Невыносимо приятные, так и тянет запустить в это роскошество всю пятерню, а лучше — сразу обе.

— Больше не психую, — повторяет за мной Бугров, перестав орудовать тряпкой.

Он задирает голову, поймав меня тяжелым взглядом, а я прячу руки за спину и делаю шаг назад.

— Тогда поехали за твоим котом, — натянув улыбку, говорю я.

— Ты хочешь забрать его? — удивляется Бугров, стирая последнюю букву.

— Ну да, — пожав плечами, отвечаю я. — С ним и повеселее будет… — снова нагоняю я тумана.

— Ты стопудово задумала какое-то коварство, но я никак не могу просечь, какое именно, — ворчит он, поднимаясь с корточек. — Ну? Колись.

— Сам увидишь, — игриво отвечаю я и забираюсь на переднее пассажирское кресло.

Бугров устраивается за рулем и трогается, то и дело косясь на меня. И занимается этим до тех пор, пока не звонит его телефон.

— Вспомнишь лучик, — кривится Бугров и недовольно бурчит в динамик: — Да.

Я бросаю взгляд на экран, вижу «Брат2» и от любопытства опираюсь на разделяющий нас подлокотник. Бугров с ухмылкой прослеживает за моими телодвижениями и милостиво включает громкую связь.

— Отвлекаю? — раздается насмешливый мужской голос.

— Да, — прежним тоном отвечает Бугров.

— Просто любопытно. Ты наконец-то нанял не шлюшку, а профессиональную актрисульку? Мама аж в офис не поленилась приехать, чтобы поделиться впечатлениями.

— Я никого не нанимал.

— Гонишь!

— Я никого не нанимал, — повторяет Бугров. — Это Даша.

— Погоди… та Даша?

— Да.

— Н-да… Даже я так не разочаровываю родителей.

— Подкидыш, че с меня взять, — усмехается Бугров, а мне почему-то становится дико обидно за него.

— В семье не без урода, — поддакивает Алексей, а я не выдерживаю и говорю с чувством:

— Иди-ка ты в жопу!

Я сбрасываю вызов и только после этого осознаю, что у этой кратковременной истерики могут быть последствия.

— Сегодня какие-то магнитные бури, не пойму? — ворчит Бугров.

— Прости… — виновато мямлю я, низко склонив голову.

— Даш, это обычная шутка, — укоряет он. — На будущее, не нужно за меня заступаться. Я вполне способен сам за себя постоять.

— Конечно, — соглашаюсь я, не поднимая головы.

Телефон снова звонит, и Бугров отвечает на вызов, опять по громкой.

— И че это было? — больше удивленно, чем раздраженно спрашивает Алексей.

— Даша обиделась, — хмыкает Бугров.

— Тогда не все потеряно, — сдавленно смеется Алексей. — Может, получится выехать на жалости.

— Иди-ка ты в жопу, — повторяет мои слова Бугров и сам завершает звонок, прерывая смех брата.

— Ты рассказывал ему про меня? — решаюсь я на вопрос.

— Да.

— Что именно?

— Все.