— С этим глухо. Я выяснил, как зовут ту студентку, но где она сама — нет. Сегодня уже нет смысла возвращаться, съезжу завтра.

— Можно поступить проще, — пожимаю я плечами, стараясь не углубляться в ощущение, будто меня изваляли в отходах жизнедеятельности. — Но это потом. Сейчас мне нужно кое-что посмотреть… — бормочу я, следуя в подсобное помещение, где стоят запертые на ключ стеллажи со старыми бланками заказов и другими документами.

Открываю и несколько секунд без мыслей таращусь на некогда заваленные папками полки.

— И что здесь было? — интересуется Бугров.

— Имена и телефоны всех клиентов с момента открытия, бухгалтерские журналы, накладные от поставщиков, — на автопилоте перечисляю я, не сводя взгляда с клочка бумаги цвета слоновой кости и размером чуть больше квадратного сантиметра, лежащего на средней полке по центру. Такой маленький. Но как же много, черт возьми, в нем смысла. — Точно, папа же оцифровал все важное, — изображаю я проблеск сознания и поспешно выхожу из подсобки.

В мастерской нахожу ноутбук Бориса и пока он запускается, размышляю о том, что и мне неплохо было бы нанять бухгалтера и помощницу. И если во втором случае я худо-бедно справлюсь, то в первом — без шансов. Ну не мое это. Да и такого же терпеливого учителя, как у Бориса, у меня уже точно не будет.

Я запускаю бухгалтерскую программу и долго пялюсь на экран, пока Бугров не спрашивает:

— Так что мы ищем?

— Данные по сотруднику, — на тяжелом выдохе бормочу я.

— Я не эксперт, но, если не ошибаюсь, нужно перейти в раздел «кадры», — размеренно наговаривает он, склонившись надо мной и положив ладонь поверх моей, покоящейся на беспроводной мышке. — Вот сюда… Потом — кадровые отчеты. Ну и формируем отчет с личными данными сотрудников.

— Откуда ты знаешь? — изумляюсь я.

— Это самый быстрый и надежный способ найти контакт сотрудника. У меня их несколько больше, чем три. Не буду же я их всех перебивать в телефон, — бормочет он, шаря взглядом по экрану. — Чекмарева Светлана Юрьевна, — читает он. — На четыре года младше Бориса. Я мыслю в правильном направлении?

— Да, — брякаю я, медленно вытаскивая свою руку из-под его. — Она может быть той самой связью от воришки к папе. И, насколько мне известно, уволил он ее как раз за воровство. А заодно и бухгалтера, который ее прикрывал.

— Что тут можно украсть? — удивляется Бугров.

— Много всего, если знаешь, что с этим делать. Та же ткань. Она больших денег стоит, между прочим. Стоимость готового изделия не просто так высокая. Но, по-моему, она еще и брала заказы мимо кассы. Папа слишком поздно заметил, она работала на него больше десяти лет.

— Расстроишься, если я озвучу очевидное?

— Понятия не имею, о чем ты, так что говори, — пожав плечами, отвечаю я.

— Он точно с ней спал, — убежденно говорит он.

— Ты ни о чем другом думать не можешь, да? — язвлю я.

— Сама подумай, — нисколечко не оскорбившись, настаивает он. — Только так умный мужик мог потерять бдительность. А заодно ослепнуть и оглохнуть. А что бывает, когда люди занимаются сексом? — плавно подводит он к тому, что у меня есть сводный брат, но я в этот момент думаю лишь о том, не станем ли мы сами в скором времени родителями. — Правильно, дети. Поздравляю, у нас аж две крепкие версии. Но нужна одна. Прессанем твоего дятла?

— Обязательно, — кровожадно ухмыляюсь я. — Но сначала съездим к тебе, — загадочно добавляю я.

— Зачем? — больше напряженно, чем заинтересованно уточняет Бугров.

— Дизель уже который день один, — с укором отвечаю я, но в голове держу совершенно другое.

Я навожу в ателье порядок, ломая голову над тем, когда буду заниматься всеми заказами, которые набрала. Руки зудят, как хочется немедленно засесть за работу, а голову переполняют идеи, но о спокойной привычной жизни не приходится даже мечтать, пока мы не доведем расследование до конца.

Настроение на миноре, но, как ни удивительно, жизнь все же умудряется порадовать мелочами. Едва мы выходим из ателье, и я вижу машину Бугрова, моя душа начинает петь, а я — смеяться в голос. И причина тому — размашистая надпись «козлина», нанесенная краской из баллончика через две двери.

Бугров раздраженно играет желваками и трогает пальцем краску. Смотрит на подушечку пальца и идет к багажнику. Достает из него тряпку и флакон с какой-то жидкостью и начинает стирать надпись яростными круговыми движениями.