— Слушай, даже не знаю, как тебя благодарить, — сказал я, перекрикивая свист ветра. — Не слишком много на тебя взвалил? Эта суета с рудниками, мясо для баронессы, теперь ещё и беженцы…

Она лишь громко рассмеялась в ответ, её смех напоминал далёкий рокот камнепада, сильный и свободный. Кору гордо расправила свои широкие плечи.

— Мои плечи выдержат, дружище, — пророкотала она. — К тому же я делаю это для всех нас, потому что мы племя. Твоё племя!

Орчанка сверкнула на меня яркими глазами и улыбнулась так, что стали видны изящные, но острые клыки. Эти простые слова, «твоё племя», отозвались в груди горячим теплом. А ведь это действительно именно то, что я пытался построить с самого первого дня в этом мире, не просто поместье или банду наёмников, а настоящее племя, семью!

— Кроме того, — добавила она, озорно подмигнув и понизив голос до хриплого заговорщицкого шёпота, — ты вчера вечером сполна меня отблагодарил. После такой ночной «проверки на прочность» пара лишних порталов — просто лёгкая разминка для моих мышц.

Я усмехнулся и покачал головой, чувствуя, как розовеют уши. За спиной тут же раздался сдавленный кашель, кажется, один из старателей, ехавших сзади, подавился воздухом, услышав наш обмен любезностями.

Что ж, ребятам ещё предстояло привыкнуть к нашему с Кору своеобразному чувству юмора.

Мы гнали рапторов без остановки, и меньше чем через полчаса на горизонте показались знакомые очертания Озёрного. Мой город! Сердце забилось ровнее, напряжение долгого дня начало спадать. Чувство возвращения домой — одно из лучших в этом мире, даже если твой дом пока ещё гудящая стройплощадка.

Я намеренно придержал ящера на вершине холма, с которого открывался лучший вид, чтобы оценить панораму. На первый взгляд, за пять дней моего отсутствия ничего не изменилось: тот же неугомонный рой людей, копошащихся у берега озера, тот же стук топоров, разносимый ветром. Но стоило присмотреться, и не смог сдержать довольной улыбки, всё же прогресс налицо.

У берега, где планировали поставить импровизированный рыбный и мясной рынок, выросли три новых коптильных сарая. Рядом с ними виднелись свежие земляные отвалы, значит, как я и приказал, копали погреба-ледники для хранения скоропортящихся продуктов. Отлично! Запасы на зиму — основа выживания, и люди это понимали.

Дальше, в жилом квартале, выросло не меньше дюжины новых бревенчатых срубов на разных стадиях готовности: где-то только закладывали первый венец, а где-то уже крыли крышу дранкой. Это означало, что ещё двенадцать семей скоро переедут из временных палаток и шалашей в нормальные тёплые дома.

Но что меня действительно порадовало, так это тонкий столби к дыма, поднимающийся на дальнем берегу реки, там, где его раньше не было. Уже вовсю шла стройка примитивного кирпичного заводика, а рядом, остывая, лежали аккуратными штабелями первые партии обожжённого кирпича. Это был настоящий прорыв. Кирпич — не дерево. Это долговечность, пожарная безопасность, да и совсем другой уровень строительства! Надо узнать, кто этот молодец, и наградить.

Однако мой взгляд, конечно, притягивала главная стройка, моё будущее гнездо, поместье Феникс. Работа кипела и там. Десятки людей с тачками и лопатами вынимали землю, роя огромный котлован под подвал и фундамент, рядом ожидали закладки внушительные кучи речного камня и булыжника. Вид этого нового начала, этой кипучей жизни на месте, где совсем недавно не было ничего, грел душу сильнее любого камина и давал силы двигаться дальше.

Как только мы въехали на главную улицу, работа вокруг замерла. Стук топоров и визг пил стихли, люди начали оборачиваться, со всех сторон ко мне потянулся народ. Я узнавал лица: мой бригадир, главный плотник, староста будущего поселения… Не успел даже спешиться, как меня окружила плотная толпа, все ждали и указаний.

Хозяин вернулся.

Первым ко мне протиснулся Прохор, наш лучший кузнец, здоровенный мужик с руками, как кувалды, способный согнуть подкову голыми руками. На его перепачканном сажей лице читалось явное разочарование.

— С пустыми руками, господин Артём? — без обиняков спросил он густым басом, кивнув на наши сёдла.

Я коротко и без прикрас объяснил ему ситуацию с ценами в Тверде. Прохор слушал, хмуря густые брови, и тяжело вздыхал. Без металла его кузница бесполезна.

— Но Кору, забрав мясо для Тверда, отправится прямо оттуда с отрядом старателей к старым рудникам в горах Кордери, — закончил я.— Руда будет. Потребуется время, чтобы наладить добычу и доставку, но это вопрос недель, а не месяцев.

Кузнец немного повеселел.

— А пока ждём металл, — добавил я, глядя ему прямо в глаза, — ваш приоритет — прокачка. Кузнецов, магов земли, всех, кто будет работать с сантехникой и канализацией, прогоним через тренировки, поднимем уровни. Высокоуровневый мастер и из дерьма конфетку сделает, когда получит материал.

Прохор довольно крякнул, перспектива поднять уровень всегда радовала любого ремесленника.

— Ладно, тогда жаловаться не на что, — он пожал своими массивными плечами. — Будем готовиться. Только вот, господин, ещё беда: гвоздей и дверных петель почти не осталось.