— Да.

— Вот же сука, я так и знал, чтоб тебя… — с досадой повёл он плечом.

— Но вы же отомстили, да? — вопрос прозвучал с надеждой, и это уже был другой мужчина, коренастый маг с чёрной повязкой на лбу.

— Барон, ответь, Христа ради, люди знать хотят.

— Да опять ничего не сделали, сколько можно уже туда лезть…

— Бесполезно, только народ мрёт…

— Да погоди ты ныть, не видишь, он ещё ничего не сказал.

Переводя взгляд с одного витязя на другого, я видел разочарование и общее падение духа. Подобных врагов и раньше уничтожали, но это было редкое событие.

— Мы убили некроманта, — поведал я ко всеобщему облегчению, сам факт всё равно сообщат на церемонии погребения, так что не страшно.

— Ты убил? — уточнил одноглазый, но я ничего не ответил, а оно и не надо было. Витязь положил свои лапищи мне на плечи и странно приподнял голову. — Спасибо, брат, — он по-медвежьи обнял, похлопал по спине и в конце пожал руку, чтоб отойти потом в сторону и стряхнуть слезу, набежавшую в уголок оставшегося глаза.

Другие тоже подходили и благодарили за отмщение, понимая, насколько сложную работу мы провели. Слухи о моём отряде множились, всякого там хватало: и плохого, и хорошего, но людей не обманешь — они видят результаты, умеют думать и делать выводы. Везде, куда попадал барон Черноярский, неизменно происходило что-то важное.

Это уважение было не просто сухой похвалой функционеров из верхушки власти, а шло с самых низов. Заслужить его было сложнее, чем построить карьеру при дворе, потому как оно было искренним, шедшим от самого сердца. Такое не подделаешь.

Очередь не заканчивалась, но и я не чувствовал себя вправе хоть кому-то отказывать.

Параметр лидерство +1, повысился до (60/100)

Параметр харизма +1, повысился до (29/100)

Общественный статус «Выскочка» удалён.

Вам присвоен общественный статус: «Убийца некромантов» — человек, снискавший славу, убив одного или нескольких некромантов.

Моя скромная награда за всеобщее признание высветилась перед глазами и погасла, когда мы спускались по ступенькам храма. Приятно, что общественный статус поменялся, но цена слишком уж большая.

«Репутация всегда даётся потом и кровью».

Диктатура странно выбирала акценты в моём развитии, но я уже давно не задавался вопросом, как и за что можно получить эти очки параметров. Главное — идти к своей цели.

— Владимир Денисович! — окликнули меня вновь, когда мы уже собирались седлать лошадей и мчаться в феод.

Группа из десяти витязей спустилась следом за нами, спрашивавший был некто Эдуард Фомич, твёрдый копейщик «B» ранга и мечник «С». Остальные примерно таких же параметров: кто-то с закрытым пределом развития, а кто-то нет. Если смотреть именно на целостность отряда, то это неплохие середнячки, но без потенциала роста.

Они достигли своего пика, и их сила, как и слабость, заключалась в чрезмерной привязанности друг к другу. По-хорошему некоторых бы убрать и впустить свежую кровь, а также улучшить парочкой ветеранов. Я видел их раньше и знал, что они работают в основном по синим мирам последние два года, а также я был в курсе, что они никого не подпускали к себе. Что-то вроде объединения друзей, выросших вместе в одном городе или деревне.

— Слушаю, но давай побыстрей, меня ждут дела, — ответил я ему, седлая Адулая.

— Ваше благородие, возьмите нас к себе! Мы хотим служить Черноярским.

Я ещё раз придирчиво посмотрел на всех витязей, прикидывая, стоит ли подписываться на это, и уточнил.

— Ты же понимаешь, что гридни — это не то же самое, что вольные витязи? Никакой свободы вам не будет, а зачастую и доход меньше.

На них была отличная экипировка, явно купленная не за один день. Ребята были трудягами — об этом говорил средний показатель «Трудолюбия» в районе шестидесяти. Они собирали своё добро в режиме «копеечка к копеечке», возможно, даже в складчину.

— Нас это не пугает. Мы хотим быть частью чего-то большего и стать сильнее!

— А если я вас разделю, тоже пойдёте? А ну как раскидаю всех по феоду? Земель у меня много или определю в гарнизоны, да не у себя в Таленбурге, а на завалинках.

Эдуард гордо расправил плечи. Всем копейщикам было по двадцать-двадцать два года. Молодые, горячие, прут напролом, амбиции зашкаливают.

— Куда скажешь, барон, туда и пойдём, — твёрдо заявил он, но втайне переживая за судьбы друзей.

Попасть к аристократу гриднем, значило обеспечить себя и свою семью постоянным заработком, почётом и землёй под старость. То, что я их пугал нищетой, было проверкой, на самом деле всё далеко не так худо. Экспедиции в Межмирье — переменчивая штука. Иногда за раз можно было поживиться несметными деньжищами и заработать на год сытой жизни, но чаще всего такие незамысловатые группы предпочитали не рисковать. Не стоит забывать, что монстры могут и оборвать твоё путешествие.

За пазухой у барона эта разница в доходах сглаживалась — ты всегда получал что-то фиксированное, плюс за какие-то отдельные заслуги. Без куска хлеба не останешься. Также маячил шанс продвинуться по службе, чего не было в свободных отрядах витязей. Там рост измерялся только по шкале доходов, а не можешь батрачить, значит, и про деньги забудь. Тогда как на службе могли определить в другое место по недееспособности или выслуге лет, либо помочь с дорогостоящим лечением.

— Хорошо, через два дня я отправлюсь с инспекцией по всему феоду. Будете меня сопровождать, а там посмотрим, на что вы годитесь. Ты, Эдуард, загляни завтра в Таленбург за инструкциями. Если передумаешь — потом не приходи, не возьму, — добавил я.