И начал падать.

Падение оказалось недолгим; оно резко оборвалось, и Тим рухнул в груду старых досок, мебели и ковров. Последние смягчили удар, но Тим все равно лежал, задыхаясь и думая, что он наверняка переломал себе все кости. Тем не менее у него был и повод для радости — окружающая пыльная мгла явно не была его квартирой; значит, он все-таки смог сбежать.

Но надолго ли? Сможет ли сумрак последовать за ним сюда? Тим застонал, выругался себе под нос и попытался подняться. Оставаться на одном месте было неразумно.

Он кое-как поднялся на ноги, осознав, что так и не успел обуться; над ним громко хлопнула дверь, и мелодичный женский голос прокричал:

— Кто здесь?!

Тим поднял голову; он упал рядом со старой деревянной лестницей. Наверху над перилами склонилась женщина в черном платье. Тим сразу понял, кто это и куда он попал.

— Это я, Тим! — крикнул он.

— Кто? — недоверчиво переспросила Джемайма.

— Сказочник!

— А. — Кажется, теперь она его узнала. — Что ты здесь делаешь? Где Иден?

— Я шел к нему, — объяснил Тим. — Из реальности. Но, кажется, промахнулся.

— Вполне возможно. Город только что сдвинулся. Ты знаешь, где его искать?

— Можно я сначала поднимусь? — взмолился Тим. — Мне нужна помощь.

Повисла недолгая пауза.

— Хорошо, — ответила наконец Джемайма и скрылась из виду.

После первого пролета Тим пожалел, что решил подниматься по лестнице. Он был уверен, что умрет где-то на середине, и на площадке второго этажа остановился, тяжело дыша и судорожно цепляясь за перила. Опять послышались интимные стоны, но сейчас Тиму было абсолютно все равно, кто и что там делает. Он вцепился пальцами в старое дерево, отполированное годами, и двинулся дальше наверх.

Еще один этаж. Он справится.

Джемайма ждала его у распахнутой двери. Лицо ее сначала было спокойным, но затем она нахмурилась.

— Что с тобой случилось?

— Ничего… серьезного, — просипел Тим; в глазах снова потемнело.

— Не похоже, — ее голос прозвучал скептически.

— Кажется, у меня температура, — признался Тим, хватаясь за ее плечо. Джемайма с неожиданной силой схватила его за руку и втянула в комнату. Здесь больше не было красного света — повсюду мягко мерцало желтое пламя свечей, но Тим не мог ясно различить обстановку. Джемайма усадила его в большое бархатное кресло и исчезла; Тим услышал легкий звон посуды и звук льющейся жидкости. Потом Джемайма наклонилась к нему, сунув ему в руку серебряный кубок с дымящимся напитком.

— Пей, — приказала она.

— Что это? — спросил Тим без особого любопытства. Быть отравленным сейчас казалось неплохим вариантом.

— Поможет сбить жар, — ответила Джемайма.

Тим понюхал напиток. Кажется, там был имбирь.

— Типа ибупрофена? — спросил Тим.

— Что?

— Неважно, — пробормотал он и осторожно сделал глоток. На вкус было неплохо — что-то вроде меда, трав и специй. Тим глотнул еще и почувствовал, как тепло разливается по телу. Он обмяк и почти провалился в забытье на пару минут.

— Эй, прекрати! — воскликнула Джемайма, легко шлепнув его по щеке. — Нам сейчас не до этого.

Тим вынырнул из мягкой дремы и покачал головой. Все прояснилось, и он увидел каждую деталь захламленной комнаты в танцующем свете свечей. Она выглядела неопрятно, но по-своему уютно: мебель в викторианском стиле, странные предметы повсюду — бутылки с неизвестными субстанциями, книги в кожаных переплетах, огромное чучело совы, сидевшее на шкафу с широко расправленными крыльями. Тим вздрогнул и отвел от нее взгляд.

— Куда ты дел свои ботинки? — спросила Джемайма, разглядывая его ноги.

Тим опустил взгляд. Его черные носки стали серыми от пыли.

— Уходил в спешке, — пробормотал он. Джемайма усмехнулась и подошла к шкафу, который вполне мог бы вести в мрачную версию Нарнии. А, возможно, и вел.

— Вот, — сказала она, возвращаясь с винтажными черными ботинками на шнуровке; в них было что-то пиратское. — Не новые, но должны подойти.

Тим с сомнением посмотрел на потрескавшуюся кожу. Ботинки явно были на несколько размеров больше его ноги.

— Примерь, — велела Джемайма. Тим подчинился, рассудив, что это все же лучше, чем ничего. Он зашнуровал ботинки и натянул джинсы поверх них. На удивление, было и правда удобно. Тим хотел встать, но Джемайма его остановила.

— Допей сначала.

Он снова послушался. Было приятно, что кто-то указывает ему, что делать, давая передохнуть от самоотверженного героизма. Тим осушил кубок и поднялся на ноги. Ему было в десять раз лучше.

— Можно я воспользуюсь уборной? — спросил он.