— Легко сказать, — невесело ухмыльнулся Лютый. — Держи! — Он бросил мне камень размером с яблоко. — Повезло, что камень оказался не заражён.

Я поймал камень из сердца волка и внимательно его рассмотрел. Действительно, внутри не просматривалось ни единой алой или зелёной жилки, чистый синий цвет.

— И остальное тоже забери. Сейчас я попробую научить тебя делать свой пространственный карман. Тебе это пригодится в будущем.

Взмахом руки он материализовал весь хабар с полевиков.

— Куда ты торопишься? — ещё не отойдя от крайне реалистичного сна, уточнил я.

— Эта дрянь, — он указал на большую рану на груди, из которой сочилась грязно зелёная жижа с кровяными прожилками, — скоро превратит меня… — он замолк, судорожно глотая воздух, после чего продолжил севшим голосом: — убьёт меня или, что хуже, превратит в одержимого.

Сонливость махом слетела, и я, глядя в глаза моего наставника, спросил:

— Что нужно для твоего спасения?

Вместо ответа он закашлялся и упал на колено. Сплюнув всё ту же жижу, произнёс:

— Сильный целитель, который выведет яд через своё тело.

— Как это сделать? — подскочил я.

— Ты только зазря умрёшь. Ты аспектом жизни даже интуитивно не владеешь и воо… — договорить ему не позволил приступ сильного кашля.

— Я задал вопрос, а не спрашивал твоего мнения, — навис я над ним. — Говори!

Этот человек или волк, не важно, мне был нужен, а потому я не позволю ему умереть.

— Говори! — надавил я голосом, глядя как его накаченное тело начало усыхать прямо на глазах.

Он мгновение смотрел на меня, будто решаясь, после чего закрыл глаза и заговорил:

— Жизнь — это то, что движет тобой. Сердце. Сконцентрируйся на нём. Оно источник жизни и силы одарённого этим аспектом.

— Но я и так перегоняю энергию из сердца, — нахмурился я.

— Источник находится внутри сердца, а сам орган, не участвует в… — он закашлялся, после чего отключился.

Я потряс его за плечи, побил по щекам, но всё тщетно.

Выдохнув, я попытался сосредоточиться, но мысли, как назло, путались, всё время возвращаясь к женщине с точно такими же янтарными глазами, как у отца Зеваны. К той женщине, которую я только что видел во сне. Во сне ли?

Разум не понимал всю эту магию, поэтому перескочил на более приземлённые вопросы. Что это было? Та женщина виновна в гибели моего предшественника? Видение прошлого? Судя по цвету той силы и того, что я после соприкосновения с заражённым волком увидел её, есть не нулевая вероятность того, что та черноволосая связана с заразой. Скорее всего она родственница Волховеца, уж слишком одинаковые глаза. Но с этим можно будет разобраться позже, а пока…

А пока я должен был спасти Лютого. Но он прав, вывести яд я пока не могу, но могу попытаться сделать кое-что другое.

Вернувшись к умирающему Лютому, я сосредоточился на образе своего тестя. Перед глазами возникла мощная фигура высокого мужчины с телом бойца и молодым лицом без единой царапинки. Потом мысленный образ зацепился за взгляд, и картинка смешалась, вновь нарисовав женщину с живыми волосами, оставив неизменными только два горящих силой янтаря.

Выдохнув, я вспомнил последние слова Лютого о том, что аспект должен на что-то опираться. И если для жизни — это сердце, которое придаёт всему движение, то что будет опорой для аспекта пространства?

Я огляделся. Глухая тайга, небольшие просветы, которые на глазах тускнели от заходящего солнца, и добытые ингредиенты. И на последних я остановился. Верно. Мне необходимо нечто материальное, чтобы ощущать магию пространство. Я подскочил и сгрёб вокруг себя вываленное Лютым богатство и попытался их ощутить тем самым магическим чутьём, которым, как ни странно, научился пользоваться без чужой помощи, как-то само вышло.

Сделав глубокий вдох, я прислушался. Каждая вещь имела магическое наполнение, которое я прекрасно ощущал. И эта магия тоже занимала пространство. Я не мог опереться на воздух вокруг себя, траву и землю под ногами, даже шишки и мёртвые сухие иголки от елей, потому что всё это было знакомо с самого рождения, и мозг это включал в картину мира автоматически, никак не выделяя. А вот волшебство было новым и чуждым, непонятным, а потому я волей неволей всегда концентрировался на нём, как сделал и сейчас.

Ощутив некоторое количество силы под своими руками, а также тот уголёк, что оставался от лютого, я представил результат, которого хочу достичь, и прикрыл глаза.

И в следующий миг я вдруг понял. То, что мне не давалось всё это время, к чему я стремился. Я понял принцип работы магии!

Это случилось так же неожиданно, как учишься ездить на велосипеде, а потом удивляешься, как можно было так долго с него падать и разбивать коленки.

Вещи и Лютый задрожали, а потом медленно оторвались от земли, будто вокруг меня образовалась зона невесомости.