Илья Ильич встретил друзей в дверях дома. Его небритый подбородок выразительно контрастировал с бледным лицом. Глаза испуганно метались по сторонам, кадык неестественно дергался. В довершение ко всему, лоб хозяина украшала большая шишка, уже начавшая принимать синевато-желтый оттенок.

— Заходите, — он посторонился, пропуская троицу в прихожую, — я уже заждался.

— Что это с вами? — Максим снял грязную обувь и принялся стаскивать с себя промокшую ветровку.

— Это всё она! — зашептал Илья Ильич, поминутно оглядываясь по сторонам.

— Кто? — Михаил с любопытством разглядывал хозяина.

— Она. — Илья Ильич облизнул пересохшие губы и указал пальцем в сторону лестницы. Потом нерешительно потоптался на месте и, вздохнув, повел друзей в гостиную.

— Как-то мрачно тут у вас, — сказал Михаил, оглядев неживой камин, покрытый толстым слоем копоти, стол, залитый коньяком, и перевернутое кресло, упавшее прямо на хрустальную пепельницу.

Илья Ильич засуетился:

— Я сейчас.

Он поставил кресло на место, убрал с ковра осколки и воровато затолкал ногой под стол окурки, валявшиеся на ковре.

— Может, камин разжечь? — спросил хозяина Максим. — Оно как-то веселее будет.

Илья Ильич лишь замахал руками:

— Что вы, что вы, я теперь вообще боюсь огонь разводить. Он и без того тут и там вспыхивает.

Василий достал ноутбук и присел за стол. Взглянул на хозяина и вздрогнул, поймав в его зрачках отражение собственных страхов.

— Сейчас будем сканировать аномальные зоны вашего дома, — неуверенно пробормотал он и, стараясь больше не смотреть на хозяина, уткнулся в монитор.

Максим с Михаилом поднялись.

— Мы пойдем датчики расставлять, — пояснил Максим хозяину. — А вы пока с Василием посидите. Нам мешать не будете, а вдвоем вам здесь веселее будет.

Они взяли сумку и направились к двери.

— Да и выпить можете, — бросил через плечо Максим.

Дом оказался гораздо больше, чем можно было представить, увидев его снаружи. Максим почти заблудился в узких коридорах и проходных комнатах. Зато Михаил чувствовал себя в своей тарелке. Прекрасно ориентируясь в уже знакомых ему помещениях, он уверенно вел Максима вперед, то и дело прикрепляя к стенам пластиковые цилиндры.

— Эти датчики будут транслировать на ноутбук все происходящее в доме, — пояснил он Максиму. — Как только возникнет устроенная нами же чертовщина, хозяин с Василием все увидят на мониторе.

— Хорошо придумано, — кивнул Максим.

— Ну еще бы! — хмыкнул Михаил. — Все дело в том, что это именно датчики, а не видеокамеры. Изображение будет подаваться в импульсном режиме и только в тот момент, когда начнет происходить что-нибудь необычное. А специальная программа, установленная в компьютере, дешифрует сигналы, и все будет прекрасно видно.

Друзья поднялись на второй этаж. Максим огляделся и неожиданно схватил Михаила за плечо.

— Смотри, — прошептал он.

— Что еще? — Михаил проследил за взглядом друга и озадаченно прищурился.

На паркете была лужа. Жидкость белого цвета образовала почти идеальный круг.

— Молоко, наверное, хозяин пролил, — сказал Михаил. Немного помолчав, он уже не так уверенно добавил: — Или ликер.

Максим хотел было возразить товарищу, но за спиной вдруг раздался стук. Стучали в небольшое окошко, расположенное под самым потолком. Забыв про лужу на полу, друзья повернулись к окну. Чернота опустившейся ночи скрывала происходившее за стеклом. Но стук продолжался. Легкий, размеренный, он гипнотизировал и, казалось, задевал невидимые нити страха в сердцах приятелей.

— Ветка в окно стучит, — Михаил первый сбросил с себя наваждение. — Ветер же на улице.

Максим, удовлетворенный объяснением, поспешил согласиться с другом. Но на всякий случай заторопился вниз.

— Наверное, можно спускаться. Ты же датчики везде поставил?

— Везде, — кивнул Михаил. — Пойдем уже. Честно говоря, здесь действительно жутковато.

По пути в гостиную Михаил нанес на одну из стен самовоспламеняющийся раствор и задержался возле спальни, вставляя в дверь маленький хитроумный прибор.

— Голографический аппарат, — пояснил он Максиму, — должен же наш безголовый призрак сегодня бродить.

— Тут и без твоих примочек страху хватает, — негромко буркнул Максим, наблюдая за манипуляциями друга.

По лестнице спускались молча, прислушиваясь к каждому скрипу ступеньки и любому подозрительному шороху.

— Знаешь, — Максим остановился, — мне все-таки не дает покоя затравленный вид хозяина. Он рассказывал столько небылиц! А ведь мы ничего подобного и не подстраивали. И я начинаю склоняться к мысли, что здесь действительно нечисто.