Это и была основная идея плана. Надо устранить всех, кто знает о новых алмазных россыпях. Всех, кроме двух человек — блаженного изобретателя по кличке «Ботаник» и, естественно, самого Арсения.

Адрес, где держали Ботаника, Арсений узнал еще от Ольги. На следующее утро он отправился в подмосковную Балашиху и два часа колесил по городу в поисках Кленовой улицы. Можно было бы и спросить у местных старушек, но их стоило бояться. Очень опасный народец! От нечего делать они непременно запомнят красавчика-москвича, который что-то вынюхивает в их любимом городе. А когда на Кленовой улице произойдет то, что предписано планом, они всё вспомнят: от цвета его глаз до номера машины.

Дом на Кленовой стоял очень удобно — на самом отшибе. С одной стороны свалка старой техники, с другой — спуск к болотистому ручью.

Арсений спрятал машину на пустыре за рощицей и решил просто пройти мимо дома, обойти его, если это возможно. Легкая разведка. На первый раз этого вполне достаточно.

Высокая глухая калитка открылась перед ним неожиданно. И так же неожиданно перед ним появилась она — сорокалетняя женщина с лицом учительницы младших классов.

Они почти столкнулись, уступая друг другу дорогу. В ходе этих вежливых телодвижений их глаза встретились. Всего-то на несколько секунд, но каждый прочел в этом взгляде что-то очень важное. И оба ошиблись.

Арсений выглядел ошарашенным. Взгляд его был взволнованный и немного обалдевший. Она хорошо помнила, что в кино именно так изображают любовь с первого взгляда… А почему бы и нет? Разве она недостойна такой долгожданной встречи?

В ее же взгляде Арсений прочел настороженность и подозрительность. Она оценивала его и изучала с головы до ног. И она, несомненно, связана с бандитом Виктором и его бригадой. А значит, их несколько больше. Их, свидетелей, которых предстоит убрать…

Второй раз Кленовую улицу Арсений посетил через неделю, после окончательного решения вопроса с Ольгой.

Он специально надел легкий спортивный костюм — решил изображать дачника, который ищет на свалке нужную деталь. Это позволяло без подозрений проторчать около нужного дома и час, и два, и три. Арсений смог вскарабкаться на пирамиду из ржавых тракторов и катушек от толстого кабеля. С этой точки он видел дом, участок вокруг него и всех входящих-выходящих.

Она, та, которая учительница, вошла в дом в десять утра. На этот раз у нее на голове волосы были игриво уложены. Платье было поярче, и вообще она выглядела помоложе и пособлазнительней. Картину портили только тяжелые сумки. По две в каждой руке.

Женщина пробыла в доме не более двух часов. Когда она выходила, Арсения, который затаился в кабине бывшего трактора, посетила здравая мысль. Эта мадам могла быть просто приходящей кухаркой, прачкой, уборщицей. Одним словом — домработницей при трех бандитах и Ботанике.

А если так, то она могла быть не при делах. Знает много, но в общем и целом. До алмазов ее, очевидно, и на дух не допускают.

А если так, то ее надо увлечь, привлечь и завербовать!

Радуясь хорошей мысли и еще одному пункту своего плана, Арсений выкатился из укрытия и бросился в погоню.

Женщина почувствовала его за спиной. Но не оглянулась. Она догадалась, кто ее догоняет. Конечно он! А кто же еще?

Она замедлила шаг, замерла, а когда поняла, что Арсений стоит за спиной, резко обернулась:

— Вы зачем меня преследуете?

— Случайно… Оно само собой получилось.

— Я так и думала! Еще в первую нашу встречу поняла, что я вам понравилась. Но это не повод провожать меня домой и надеяться, что я приглашу вас надолго. Разве что на чай… Вы чаю хотите?

— Чаю хочу.

— Заходите… Но только чай и ничего больше. Обещаете?

— Клянусь… Меня Арсением зовут. А вас?

— Меня — Надеждой… Вы извините, Сеня, что я вот так прямо. Может быть, вы и не влюблены в меня вовсе. И ничего от меня не хотите…

— Нет, Надя, вы ошиблись. Влюблен и хочу.

Войдя в дом, Арсений обрадовался своей интуиции. Книги на полках и стопки школьных тетрадей на письменном столе…

— Вы учительница, Надя?

— Да. Вот уже пятнадцать лет. Направили по распределению, дали вот этот домик, так и живу.

— Одна?

— Одна.

— А муж?

— Не было мужа. Может быть потому, Арсений, что я всю жизнь вас ждала…

Надежда посмотрела на него таким преданным, таким чистым взглядом, что Арсению стало жалко ее и особенно себя. Понятно, что в какой-то момент эту старую деву придется устранить. Но для нее-то на этом все и кончится. А ему придется всю жизнь страдать, замаливать грехи…

— Надя, а вот тот дом, где мы впервые встретились… Ты что там делала?

— Я там подрабатываю уже три месяца. Пустяки — еду приготовить, убрать. Ты же представляешь, какая зарплата у нас, учителей.