II. Мой хозяин и господин Люцифер, в обмен на вышеупомянутые обещания я признаю Тебя как моего Господа и князя и обещаю служить и подчиняться Тебе в течение всей моей жизни. И я обещаю Тебе, что я буду совершать столько зла, сколько смогу, и что я приведу многих к совершению оного. Я отрекаюсь…»

— Бредятина какая-то! — не дочитав документа, воскликнул Безакцизный и швырнул свиток на диван. — Тут надо все переделать.

— Полегче, любезный, — нахмурился Мальфас. — Ишь, ушлый выискался! Десять веков всё всех устраивало, а ему, вишь, бредятина… Договор типовой, нельзя в нем ничего менять.

— Десять веков! — всплеснул руками Семен Маркович. — Да он лет двести уже как устарел. На кой мне, к примеру, любовь ваших монахинь? А что это еще за «цветы девственности»? Как прикажете понимать сей эвфемизм? Потом, я вовсе не хочу каждые два дня вступать во внебрачные связи. В моем-то возрасте! И вообще, с этим делом я как-нибудь сам… А на кой, простите, черт вменять мне в обязанность «попирание ногами реликвий Церкви»?! Эдак я, пожалуй, всю выторгованную жизнь где-нибудь в психушке проведу, типа маркиза де Сада! Наконец, договор просто юридически некорректен и даже противоречит нормам гражданского законодательства. Где обязанности сторон, ответственность, форс-мажор?! Опять же, существенные условия: предмет договора, цена товара, порядок, сроки и размеры платежей — все как-то нечетко, размыто или отсутствует вообще. А существенные условия должны быть прописаны ясно и недвусмысленно — чтобы исключить возможность двойного толкования в последующем. Кроме того, ни слова не сказано про то, сохраняется ли за мной на весь срок действия договора молодость или же я буду стариться в обычном порядке? Хорошенькое дело! Или вот тут, в самом начале, в преамбуле, отмечено, что вы уполномоченное лицо Люцифера. А доверенность ваша где, м? В таком случае к договору непременно должна прилагаться доверенность!

— Ты что же, — рыкнул дьявол, — сомневаешься в моих полномочиях?

— Не в том дело, — отмахнулся Безакцизный, — однако доверенность приложить все одно следует. Дабы подтвердить, что подписант — уполномоченное лицо; в противном случае договор могут счесть оспоримым. А оно нам надо?

— Ладно, будет тебе доверенность, — подумав, проворчал барон Мальфас. Видимо, юридическая риторика и доводы адвоката его все же впечатлили.

— Послушайте, господин барон, — предложил Семен Маркович, поднимая пергамент с дивана, — давайте поступим так: я сейчас сяду и прямо здесь, на месте, подготовлю новый договорчик. Уверяю, много времени это не займет. Минут пятнадцать-двадцать от силы. Зато уж он будет полностью соответствовать и нормам права, и обычаям делового оборота.

Барон Мальфас с минуту пристально разглядывал Безак-цизного, а потом махнул рукой.

— Время пошло.

Адвокат метнулся в другую комнату, притащил ноутбук и, плюхнувшись в кресло, картинно встряхнул кистями, словно пианист перед выступлением. Затем принялся стрекотать по клавиатуре столь стремительно, что правда, не прошло и получаса, как новый вариант договора был готов и распечатан в двух экземплярах.

— Вот, — заявил Семен Маркович, протягивая листы барону, — такое соглашение я готов подписать хоть сейчас.

Дьявол взял один экземпляр и принялся с сомнением просматривать.

— Тэк-с, тык-с, тык-с, «в дальнейшем именуемый «Покупатель»»… — сосредоточенно бубнил он себе под нос, — тэк-с… «далее по тексту «Продавец»»… тэк-с, тэк-с… «совместно именуемые — «стороны»»… тэ-эк-с, «предмет договора: Продавец обязуется… бессмертную душу, далее именуемую «товар»»… Покупатель, в свою очередь, гарантирует…»; что ж, годится. Тэк-с… «Ограничения и обременения»… «Права сторон»… Ну, это понятно… тут тоже… ладно, пускай… гм, впрочем, пускай его… тык-с, тык-с… ага, вот: «Обязанности сторон». Читаем… тэк-с, тэк-с, тэк-с… Ну, что же, — резюмировал он наконец, — несколько для меня непривычно, по-новомодному, но, полагаю, можно подписать и в таком виде. Вот только согласую с руководством.

— А это долго?

— Черт его знает, — ответил черт и провалился сквозь паркет.

На сей раз ждать пришлось действительно немного дольше, а может, Семену Марковичу это только так показалось; он нервно расхаживал по квартире, когда раздался звонок в дверь.

— Кого еще черт принес, — проворчал адвокат, — так не вовремя.

На пороге стоял барон Мальфас.

— Измаялся небось? — спросил он и подмигнул мутным покойницким глазом.

— Оперативно вы, — признал Семен Маркович.

— Начальство требует, приходится рвать когти, — ухмыльнулся тот и протянул Безакцизному экземпляр договора; в левом нижнем углу виднелся явственный отпечаток раздвоенного копыта, а рядом, в скобочках, значилось: «Велиал II Безъяремный».

— Это… э-э, пятно, так понимаю, означает, что договор согласован? — уточнил Семен Маркович.

— Правильно понимаешь. Ну-с, а вот и доверенность. Садимся подписываем?

— Сейчас. У меня как раз есть ручка со специальными несмываемыми чернилами, берегу для особо важных документов, — засуетился Безакцизный.

— Семен Семеныч! — иронически протянул черт.

— Ах, ну да, конечно, разумеется, — догадался Семен Маркович и смущенно добавил: — Я крови боюсь.

— Здрасьте! — еще больше развеселился бес. — Как из клиентов ее литрами пить, он не боится, а тут — нате, перетрусил. Давай сюда руку! Левую, не правую. Вот так.

Когда все было кончено, барон сунул свой экземпляр договора в карман и молча направился к выходу. Уже за дверью он обернулся и, пристально глядя Безакцизному в глаза, заявил: