К этим автолюбителям капитан относился настороженно. Еще бы, если под машинами гибнут в год более тридцати тысяч граждан. Гоняют, плюют на правила, выпивают… Капитана злило, что цацкаются с нетрезвыми за рулем. Надо давать год тюрьмы минимум. Где-то он прочел, что в Сальвадоре пьяного водителя полицейский имеет право застрелить на месте.

Пива уже расхотелось. Он заскочил в столовую и взял то, что ел всегда: суп, любое второе и компот. И удивился, поскольку мысли об автонаездах не уходили. Неужели он надеется, что белый гад попадет в дорожно-транспортное происшествие? Эти ДТП частенько соприкасались с явной уголовщиной.

Наездами и угонами автомобилей капитан не занимался. Правда, был в начале его оперативной деятельности криминально-загадочный эпизод.

Только что начал службу в уголовном розыске и как-то ранним утром шел с дежурства. Усталый, сонный. Дорогу ему преградила прямо-таки киношная блондинка с сигаретой во рту. И сообщила с улыбкой: ночью она пила шампанское и садиться за руль своей машины остерегается. Попросила довезти ее до дому и сунула ему в руки ключи от автомобиля. Как не помочь киношной блондинке. Они сели и тронулись. Она что-то щебетала про кино, поскольку была киношной блондинкой…

Проехали всего три квартала, как сзади рев сирены, команда остановиться и выйти и машины. Дорожно-постовая служба. Палладьев вышел, ничего не понимая… Киношная блондинка лишь улыбалась: таким способом она угоняла чужие иномарки…

Хорошо, что он успел пообедать: из области пошли густые звонки. Получалось, что все сельское население видело белый автомобиль. То он вез из леса дрова на прицепе, то стоял на берегу озера, то подъезжал к винному магазину, то возил пьяных девиц… Теперь капитан не бросался по следу, а, расспросив звонивших, убеждался в ошибочности этой информации.

К концу дня позвонили из поселка Чернушка, бывшей деревни Черные Грязи. Сообщение показалось убедительным. И хотя до Чернушки было километров шестьдесят, капитан помчался, потому что информация исходила от пожилого серьезного участкового. Как ему не быть серьезным, если фамилия Казенных?..

Участковый привел на окраину поселка к хозяину ветхой избы. Мужик лет шестидесяти усадил их пить чай: капитан догадался, что хозяину сперва надо что-то рассказать, а потом показать. Но тот все-таки показал в окно:

— Вон мой сарай на отшибе. Бывший хлев. Мною заброшенный, а жена туда вообще ни ногой. Боится.

— Чего? — задал участковый естественный вопрос.

— Там у нас корова стояла. Когда началась перековырка…

— Какая перековырка? — теперь не понял капитан.

— Ну, эта… перестройка. Скот у нас стали воровать внаглую. Уводили по ночам. Я изобрел хитрость: посадил корову на цепь.

— Ошейник, что ли, сделал? — удивился Казенных.

— Зачем… Нацепил на рога. А утром жена открыла сарай да как заголосит на весь поселок. Я к ней бегом. Мать родная, ужас! Глаза как яблоки и выпучены, красные, синий язык висит, слюни…

— У жены? — неуверенно спросил капитан.

— У коровы. Хотя ее и нет.

— Ничего не понимаю, — признался капитан.

— Коровы же нет? — поддержал его участковый.

— Бандюги тушу отрубили и увезли, а голову на цепи оставили. Вот она и висела. Жена с тех пор в сарай ни ногой. Да и я туда не хожу.

Милиционерам потребовалось некоторое время, чтобы осознать этот факт. Пыл капитана гас: видимо, хозяин увязал давнюю смерть коровы с бандой, разъезжавшей по области на белой машине. Но история еще не кончилась:

— Два дня назад глянул ночью в окно, а сарай огнем играет. Будто внутри кто ходит с огромным фонарем. Выйти побоялся. Сарай-то я отгородил от участка заборчиком. Дом мой в поселке крайний, лес рядом…

— Ну и что это было? — поторопил капитан.

— На второй день опять. Утром я в сарай заглянул. Следы автомобильные. Значит, по ночам фары включались.

Энергия подбросила капитана, будто катапульта. Он вскочил. Встали и участковый с хозяином. Сплоченной группкой они прошли к сараю, который зарос ольшаником. На его воротцах ни замка, ни щеколды. Палладьев их распахнул…

В пустом сарае ничего не было, кроме запаха сена и прелой древесины. Но капитан смотрел вниз на унавоженную и неутоптанную землю, где следы протектора оставили неглубокую свежую колею. Он спросил хозяина:

— И сегодня приедет?

— Откуда мне знать…

— Я заночую у тебя, а?

— Да хоть живи. И раскладушка есть.

— Раскладушка не понадобится. Я у окна посижу.

18

После вскрытия школьницы Дора Мироновна первоначальный вывод подтвердила: девочка задушена, искусана человеком и зверски изнасилована. И вся работа переместилась на поле уголовного розыска, потому что для следственных действий мне нужен был физик, а его требовалось поймать.