— Вводите быстрее!

Сергей чувствовал, что задыхается, и ничего не мог с этим поделать. Совсем ничего! Страх помутил сознание, темнота наполнилась шелестящим шумом, и он снова провалился в небытие…

Проснувшись, Сергей первым делом поздравил себя с тем, что остался в живых. Он попробовал пошевелить пальцами рук, потом пальцами ног. Все как будто бы было на месте. Совсем хорошо!

Сергей осторожно приоткрыл глаза. Неяркий белый свет лился, казалось, прямо с невысокого потолка. Странный какой-то потолок. Сергей присмотрелся, но так и не смог понять, из чего он сделан. Стеклянный, что ли? Сергей опустил взгляд и увидел кусочек стены. Стена была обычная, во всяком случае, она не светилась. Правда, переход между потолком и стеной был каким-то неправильным: это был не привычный угол, а мягкий скругленный изгиб. «Интересно, где это у нас так строят?» — с легким удивлением подумал Сергей.

Услышав тихий шелест, он повернул голову на звук. В двух метрах от его кровати в глубоком кресле сидел человек в белом халате с книгой в руке. Заметив движение Сергея, человек оторвался от чтения и поднял голову. Их взгляды встретились.

— Привет! — человек по-доброму улыбнулся.

— Здрасьте, — хрипло пробормотал Сергей. Радость его слегка померкла. Раз он в больнице, значит, у него брали кровь на анализ. А там понятно что… Прощайте права. Э-э-эх, да и бог с ними! Могло быть и хуже.

Человек в халате легко поднялся и, оставив книгу на подлокотнике кресла, приблизился к Сергею.

— Ну-с, что тут у нас?

На вид доктору — если, конечно, это был доктор — было не больше сорока. Подтянутая фигура, уверенные движения, открытый доброжелательный взгляд. Впечатление он производил вполне приятное. Доктор взял Сергея за запястье, подержал с полминуты, потом прикоснулся кончиками пальцев к его виску.

— Ну что, как будто бы все в порядке. Как самочувствие?

— Нормально, — пробормотал Сергей, слегка озадаченный странными манипуляциями врача.

— Вот и прекрасно, — обрадовался доктор.

— А что со мной? — на всякий случай поинтересовался Сергей.

— Насколько мне известно, вы попали в аварию и получили… довольно серьезные травмы. Но сейчас с вами уже все в полном порядке. Может, попробуете сесть?

Сергей пожал плечами — почему бы и нет? Он осторожно пошевелился, приподнялся на локтях, сел. Все было нормально — тело слушалось прекрасно, и не было ровным счетом никаких неприятных ощущений.

Интересно, о каких таких «серьезных травмах» шла речь? Некое подобие пижамы, в которое он был одет, не давало Сергею как следует разглядеть свое тело. Сколько-то новых шрамов у него появилось? Сергей вздохнул и огляделся.

Больничная палата была пуста. Ни стеклянных шкафов, ни стоек с капельницами, ни пугающе-странных приборов и аппаратов, наводящих на невеселые мысли о бренности и хрупкости человеческого тела. Ничего из того, чему, на взгляд Сергея, полагалось бы здесь быть. Только его кровать и кресло доктора. Единственное окно было затянуто чуть колышущейся серой пеленой. Сергей решил, что эта пелена больше всего походит на частую паутину. У него неприятно заныло под ложечкой. Куда он попал?

Дверь бесшумно скользнула в сторону, и через порог шагнул еще один «доктор». Очень похожий на первого, только помоложе, — этому, пожалуй, не исполнилось еще и тридцати.

— Ну, как у нас дела? — бодро потирая руки, поинтересовался новоприбывший. — Уже волнуемся?

— Да, — кивнул первый. — Он довольно быстро сориентировался. Все как вы и предсказывали.

— Ну так и скажите ему правду, — посоветовал новенький.

— Вы полагаете? — В голосе старшего доктора прозвучала неуверенность.

— Конечно. Лучше сказать сейчас, пока еще не закончилось действие транквилизаторов. Все равно он все узнает, так какой смысл тянуть время и мотать человеку нервы?

— Где я? — глухим голосом спросил Сергей. Его беспокойство усиливалось с каждой секундой, очевидно, упомянутые «транквилизаторы» не слишком хорошо справлялись со своей задачей.

— Вопрос не в том, «где» вы, Сергей Анатольевич, — мягко ответил старший из докторов. — Вопрос в том, «когда». У нас на дворе две тысячи четыреста девятнадцатый год от Рождества Христова.

У Сергея отвисла челюсть. Бред какой-то… Не может этого быть! Но тогда что все это значит?! К чему эта нелепая, неправдоподобная ложь? Сердце бешено заколотилось о грудную клетку, и Сергей почувствовал, что «плывет». Уши наполнил мягкий шум, перед глазами замаячили темные пятна, тело перестало слушаться и самовольно улеглось, не в силах удерживать сидячее положение.

— Ну, вот видите, опять отключился, — донесся откуда-то издалека неразборчивый голос старшего из докторов.

— Ничего страшного, — ответил второй. — Нормальное охранное торможение. Зато когда он очнется, одним вопросом у него будет меньше. И ему станет поспокойнее, и нам не придется играть в конспираторов. Поверьте моему опыту, гораздо лучше вот так, сразу, чем…

Голос совсем затих, и дальше Сергей уже ничего не слышал…

Очнувшись во второй раз, он сразу вспомнил все, что с ним произошло. Сергей открыл глаза и привычно повернул голову. Тот же «доктор», в том же кресле, с той же книгой. Даже поза та же самая. Дежа вю. Может, и правда привиделось? Сергей слышал, что после наркоза такое случается.