С этого ракурса мне не видно, что делает зачарованный гламуром деймон, но я догадываюсь, что она качает головой.

Мужчины переглядываются, затем пожимают плечами.

— Как хотите, — они достают последние коробки, закрывают двери фургона и садятся обратно, готовые уехать.

Двигатель заводится. Я пользуюсь случаем и украдкой бросаю взгляд. Женщина стоит неподвижно, но на её губах играет явная улыбка. Она думает, что дело практически сделано. «Не повезло, дорогая. Это просто не твой вечер».

Как только фургон исчезает из виду, я делаю свой ход и выскакиваю из-за угла. Губы женщины образуют идеальную букву О. Она поднимает руки, а я бросаюсь на неё, хватаю за горло и впечатываю в дверь.

Я приподнимаю её, впиваясь взглядом в её лицо.

— Сейчас тебе не очень весело, не так ли?

Она задыхается. Её кожа под моими пальцами нагревается; она снимает гламур. Её прямой нос начинает расплываться, изменяя форму, а гладкие светлые волосы начинают выпадать. Она хрипит, пытаясь заговорить.

— Да, да, — ворчу я. — На самом деле ты не человек. Если ты думаешь, что я чувствую родство с трайберами, подумай ещё раз. Я Красный Ангел, и мне всё равно, кто ты или что ты. Если ты нарушаешь закон, я сделаю тебе больно, — я облизываю губы и показываю ей свои клыки. — Возможно, я даже перекушу, независимо от того, деймонская у тебя кровь или нет.

Сзади раздаётся нечленораздельный вопль и топот ног. Мария. Чёрт возьми. Почему она просто не могла остаться на месте? Кимчи тоже начинает дико лаять, и этот звук заполняет пустую улицу.

Прежде чем я успеваю что-либо сказать, Мария оказывается рядом со мной, дёргает женщину за чёлку, а затем откидывает её назад так, что её голова ударяется о стальную дверь. В её глазах вспыхивает боль, и она оседает; только моя рука на её горле удерживает её от полного падения. Я ослабляю хватку и позволяю ей упасть бесформенной кучей. Затем я резко оборачиваюсь.

— Что это, чёрт возьми, было? Я же говорила тебе оставаться на другой стороне дороги!

— Он преступник, — просто говорит Мария.

А я думала, деймон — женщина. Смена пола вдобавок к облику — это особенно сложный приём. Прямо сейчас меня больше беспокоит безрассудная атака Марии.

— И, — говорю я сквозь стиснутые зубы, — благодаря твоим усилиям, он без сознания, поэтому я не могу задавать ему никаких вопросов.

Она склоняет голову набок, явно озадаченная.

— Зачем задавать вопросы? Он ворует. Мы остановить его.

— Мы не знаем, что он ворует и зачем. Если он без сознания, мы не сможем выяснить, работает ли он на кого-то ещё, — объясняю я, не скрывая раздражения. — Он может быть простым исполнителем.

Мария бросает на меня сердитый взгляд, подходит к одной из коробок, открывает её и роется внутри.

— Смотри, — коротко говорит она, вытаскивая знакомое серебряное оружие. — Не хорошая вещь, чтобы брать.

Я тянусь к нему, но в ту секунду, когда я приближаюсь, меня пронзает боль, и я с шипением отдёргиваю руку. Мария удивлённо моргает.

— Электрошокеры, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Специально настроенные, чтобы срабатывать против вампиров.

Её лицо проясняется.

— Круто.

Я бросаю на неё раздражённый взгляд.

— Вот почему мне нужно, чтобы он очнулся. Мне нужно знать, зачем он это ворует. Если он собирается выступить против вампиров, то он не будет делать это в одиночку. Он…

Кимчи снова громко лает. Я поднимаю взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как его поводок развязывается. Он проносится мимо меня и прыгает на поверженного деймона. Я бросаюсь вперёд и, схватив его за ошейник, оттаскиваю назад.

— Ради всего святого! — кричу я. — Почему никто из вас не хочет делать то, что вам говорят?

Кимчи отчаянно скулит. Его не интересуем ни я, ни Мария, он сосредоточен на скрюченном теле у наших ног. Я в замешательстве оборачиваюсь. В чём дело? Это всего лишь проклятый деймон. И тут я понимаю, в чём проблема. О чёрт.

Какой бы гламур ни был на деймоне, он полностью исчез. Неудивительно, что Икс так развеселился, отправляя меня на это преступление. Я должна была догадаться. Передо мной оказалось бледное лицо очень знакомого трайбера: О'Ши. Чёрт возьми.

Глава 14. Декларация правды