Милый женский голос электронного гаджета ответил:

— Набираю. Звонок видео?

— А давай, деньга заплачена.

Через полминуты ожидания ярко засветился экран, и показалось довольно четкое изображение заспанного усатого мужчины:

— Серега! Кой черт так рано будить? Суббота ж!

— Извини, дело срочное. Машина у тебя на ходу?

— Чего ей сделается, резину поменял, бегает как новая.

— На этой неделе на пару деньков дашь?

— Э… Дай подумать, — голова на экране повернулась. — Вот беда с этим интерактивным календарем! Ага, давай четверг и пятницу. Все равно на охоту собирались, дичь пернатая полетела.

— Заметано! — Потапов оглянулся, жена все еще сидела, о чем-то раздумывая.

— Надь, я тогда к Ефимычу.

— Это зачем исчо? — взгляд у женщины тут же стал подозрительным.

— Дык инструмент у него, мне ж велик надо подтянуть, до свояка доехать.

— Знаю я твой велик, — привычно заворчала жена. — А куда мы всю технику денем? — она кивнула в сторону холодильника, стиральной машины и кухонных агрегатов. Деревня в нынешние времена от города в плане техники почти не отличалась.

— Что-то с собой, машина большая, что-то в погреб.

Потапов говорил уже на ходу, натянув привычные резиновые «говнодавы». Все ж весна и в деревне живут, грязи здесь хватает.

— Ефимыч, ты дома?

Никто не ответил, и Потапов смело открыл красивую резную калитку. Его сосед старик Рыжов, когда бывал в настроении, такие финты по дереву нарезал, все только диву давались! Золотые руки у человека! Ну бывает, иногда за воротник закладывает? А кто сейчас не пьет?

К бывшему десантнику, виляя коротким хвостом и поскуливая, подбежала безродная псина, любили почему-то его все собаки.

— Шарик! Хозяин где?

Понятливый песик тут же побежал за сарай, там находилась мастерская. Хозяина Потапов застал за привычным занятием. Старик сидел на верстаке и крутил самокрутку, это новая у него забава случилась. Курить бросать пенсионер категорически отказывался, поэтому заказывал табак и бумагу папиросную по отдельности. Считал Рыжов, что всемирный заговор табачных компаний испортил все продающиеся сигареты, поэтому они и вредны.

— О! Николаич, то-то гляжу, как шлиц какой туда-сюда бегаешь. Случилось чего?

— Можа и случилось, поговорить надобно.

— Пошли тогда, чайком побалуемся, — старик кивнул в сторону исходящего дымом настоящего самовара. Еще одна забава стариковская.

— Чай не пил, какая сила, чай попил, совсем упал! — привычно съерничал Сергей.

За самодельным, покрытым клеенкой столом на некоторое время воцарилось молчание. Старик, уже опроставший три чашки крепкого чая и пораженный свежей новостью, вытирал полотенцем испарину. Потапов потянулся за очередным бубликом, вспомнив, что с утра и позавтракать забыл.

— Вот дела… — протянул задумчиво Рыжов, его огненная на солнце бородка соответствовала фамилии.

— Чего дела, как сажа бела!

— И чего ж надумал, Николаич? Ты мужик хваткий, все, видать, уже просчитал?

— На неделе съеду к тетке двоюродной, там и дядька рядом, к сыну опять же ближе ехать.

— Это ты правильно, — старик осторожно вылил чай в блюдце и нарочито серпая выпил. Закусывая питье простой карамелькой, еще одна рыжовская причуда. — А хозяйство то, как?

— А что хозяйство, дом не ахти какой, старый уже. Все хорошее вывезу. Да и государство обещало помочь.

— Ага, догонят и еще раз помогут.

— Эти могут. Когда они, что не за народный счет делали?

— Ну, это да, — согласился старик. — И что ж такое на нашу голову опять случилось. Чось лихоманка какая? Помнишь, что в двадцатом в мире творилось?

— Не знаю, Ефимыч, разве нашего брата, когда спрашивают? Вперед в атаку, за Родину, за…

— Сталина! — зычно прикрикнул Рыжов и засмеялся. — Или как там главного нынче величают?

— Да я и сам не помню. Знаю только, что Председатель был поначалу.

В проеме двери кухни появилась голова хозяйки, старухи Никитишны. Она подозрительно поводила ноздрями и спросила:

— Чегой вы с утра чаи гоняете?

— Окстись, Никитична, уж обед наступил, — ответил расслабленно Потапов.

— Ты лучше сядь, — строго объявил Рыжов, — дела, вишь, в мире серьезные.

— Чегой-то? — подозрение из глаз старухи никуда не ушло, но за табуретку она присела. — Ась по телевизору чего сказали?

— Да какой телевизор, Никитишна, — пробурчал Сергей. — Солдатиков надысь на дороге видела? Во! Беда у нас!