— Ну раз мы поняли, что тебя сдерживает, почему бы не подтвердить слова делом? Согласишься пойти ко мне, если проиграешь?

— Да зачем мне это? — снисходительно улыбнулся Дёмин, он вспомнил вдруг одного должника, который мог погасить его штраф перед храмом. — Я же говорю — суд за мной. К чему метать бисер, если и так своё получу? Какой с того прок?

— Хм, справедливо, — согласился барон, поглаживая подбородок. — Ты считаешь мою ставку недостаточно высокой.

— Именно, — кивнул Маркел.

— Тогда надо её повысить, — небрежно помахал ладонью Владимир, прикидывая, сколько может выделить на это пари. — Скажем, до миллиона с моей стороны плюс твоя амуниция.

— Эм… — от такой суммы у Дёмина пропал дар речи.

— Всё по-честному, готов написать расписку, но… — аристократ наклонился вперёд и посмотрел на элементалиста исподлобья. — Тогда ты откажешься от своего титула и навсегда перейдёшь ко мне. Я буду распоряжаться твоей жизнью, как захочу, и ты принесёшь клятву верности.

— Согласен.

— А и да, право выбора твоего противника тоже за мной, не против? Ты же сам сказал, любого порвёшь.

— Пффф, да на здоровье — выбирай любого, — любезно разрешил он, за такую сумму Маркел не то что соберёт новый отряд, да там род восстановить можно!

Его давняя мечта возродить наследие предков ещё никогда не была так близко. Он и полез-то так глубоко в лес из-за слухов об «Anima refectio». Легендарный цветок сулил в случае удачи полмиллиона, а тут, как если бы он нашёл сразу два! Ха-ха, ну и лопух этот барон, так и жаждет расстаться с деньгами. Когда сам не пашешь, легко бросаешься такими суммами. Ну ничего, будет ему уроком.

— Против тебя выйдет Нобуeси.

— Кто? — уточнил Маркел, ему показали на узкоглазого, возившегося со своим мечом. — А этот, без проблем.

— Вот и отлично, предлагаю не откладывать в долгий ящик. Тебе сегодня удобно или хочешь подольше восстановиться?

— Не-а, закончим это дерьмо сегодня.

— Тогда подходи к тренировочному лагерю через три часа, можешь пока подкрепиться. Твой номер через три комнаты направо.

Аудиенция закончилась, и Дёмин вышел в приподнятом расположении духа. Черноярского в «Жёлтом-70» он видел впервые. Выходит, тот совсем не знал, с кем связался. В спаррингах один на один Маркелу не было равных. Местные тренировались с ним всегда в численном преимуществе. Минимум четыре на одного!

Как же не терпится увидеть рожу обделавшегося барона. Хорошенько перекусив, Дeмин решил добраться до арены заранее и подготовиться. Издали он заприметил сотни три столпившихся витязей, и они продолжали прибывать.

«Совсем дурак? Решил вот так опозориться перед всеми?»

Барон раструбил новость по всему городу. Призовые в миллион рублей приятно щекотали всем нервы. Как можно пропустить такой перформанс?

— Да за такие деньжищи я бы сам башку ему вскрыл… О, Маркел, живой… — виновник торжества обменялся рукопожатиями со всеми знакомыми, получая одобрительные похлопывания по спине, а иногда и завистливые взгляды злопыхателей. — Твой шанс отыграться — не обделайся.

— Закажу художника, чтобы ваши морды нарисовал. Когда куплю дом на родине, повешу эти портреты в подвале, ах-ах!

— Э, ну мне-то тыщонок десять отсыпешь по-братски? — буравя на него чёрные глаза-бусинки, спросил воин с топором, когда-то они в одном отряде были, но жизнь раскидала.

— По-братски нет, но проставлюсь точно.

— А вот это дело, мужики!

Одобрительный галдёж пробежался по скоплению бывалых воинов и залeтных зевак. Чтобы не отвлекаться на всякую ерунду, Маркел сразу же добрался до оружейной, где тщательно объяснил, что ему требуется. Он здесь четыре года джунгли топтал — все его как облупленного знали, потому проблем с тренировочным оружием и бронёй не возникло.

Атмосфера с каждой минутой становилась жарче, преддверие боя и высокая ставка взявшегося из ниоткуда странного барона распаляли кровожадность воителей. В сторону нарочито спокойно японца полетели многочисленные оскорбления, ему показывали жест перерезанного горла и большой палец вниз. Для всех он был ягнёнком на заклание.

Когда возбуждение достигло апогея, Маркел и Нобу вышли на тренировочную площадку лицом к лицу. Они встали в двадцати метрах друг от друга.

— Вот, Маркел, держи, — вытирая пот со лба, сказал ему оружейник Ганс, рядом легла продолговатая длинная сумка с торчащими из неё клинками. — Отмудохай придурка.

— Спасибо, а то как же, — разминая шею перед схваткой, он увидел, как Черноярский подошёл к своему бойцу и протянул ему собственный меч, отстёгнутый вместе с ножнами.

Однако японец скромно провeл ладонью в отказе, предпочитая драться своим оружием.

«Пффф».

— Сейчас ты узнаешь, кто такой Маркел «Чёртова дюжина»! — крикнул он сопернику, чем вызвал одобрительный гвалт.

Когда прозвучал сигнал приготовиться, из его спины выросло сразу тринадцать ветряных рук и полезли в сумку вооружаться. Словно ощетинившийся паук Маркел встал в боевую стойку с повисшими в воздухе тринадцатью мечами. Они угрожающе смотрели на японца, готовые нашпиговать холодной сталью. Каждый подчинялся воле элементалиста, каждый нёс в себе опасность.