Маркел разлепил глаза и резко встал, напугав проходившего мимо прижимистого мужчину. В руках чужака витязь на рефлексах заприметил длинный разделочный нож и без раздумий перехватил его невидимой ветряной рукой.

— Что ты творишь?

— Убить меня вздумал?! — взревел Дёмин, ярость от прошлого боя захлестнула его, и он призвал ещё пять рук. — Получи, урод!

Мужчина согнулся пополам, когда ему прилетело под дых. Потом призрачная ладонь взяла его за волосы и оттянула голову назад, а две других принялись выбивать из него дух, ещё две колотили по почкам. Эти ветряные руки-элементали послушно выполняли волю хозяина, произрастая из его спины и подсасывая магическую энергию.

— Сейчас я тебе всыплю по полной, — в ход подключился и сам Маркел, с азартом колошматя подосланного убийцу.

— Что… — сбоку раздался звук разбитой посуды с едой и женский голос. — Что вы делаете? Остановитесь, папа… Не надо! — пухленькая девушка перешла на крик и нагнулась к полу. — Отпусти его немедленно!

В голову бывшего барона полетел поднос. Не понимая, что происходит, он разжал ветряную руку с волос и успел перехватить этот металлический снаряд.

— Какой ещё папа, дура, вы что тут устроили?! Где я, мать твою?

— Идиот! Я сейчас стражу позову. Стража!!! — завизжала шестнадцатилетняя девочка, и тогда Маркел полностью пришёл в себя.

Он вспомнил, что был в лесу, что его группу усыпил дождь из каких-то странных хлопьев, от которых он отмахнулся дюжиной своих ветряных рук, но вот остальным повезло меньше.

— Не надо стражи, погоди, стой! — он выбежал вслед за девушкой и на ходу тронул себя за бок, тот полностью зажил.

Этот факт заинтриговал его больше, чем помещение с тушами межмировых монстров, подвешенными на крюки.

«Как я оказался в кладовой для дичи?» — спрашивал он про себя, теряя из виду дочку мясника.

— Вот он! Этот псих напал на моего отца, арестуйте его! — пухлощёкая растрёпанная девчушка гневно указала на него пальцем, и двое нахмурившихся воинов пошли в его сторону.

— Так-так-так, господа, я всё объясню, — Маркел выставил вперёд руки.

— Конечно, сделаешь это в камере. А за нападение на почeтного гражданина колонии можешь не рассчитывать на снисхождение судьи.

— Я витязь, я… Я был ранен, кто меня сюда притащил?

— Не двигайся, — строго приказал стражник.

Ох, как же хотелось навалять этим двоим от души, но Маркел знал, чем это аукнется. Его врата закроют, и он навсегда останется в этой дыре. Даже если сможет отбиться от всех и сбежать, тупо сгинет в джунглях, сдохнет от голода как собака, либо умрeт от рук карательного рейда разведчиков. Бесполезно сопротивляться воле Его Величества.

Без предисловий Маркела связали липкой артефактной верёвкой, которая быстро сковала все движения, а затем на шею надели ошейник.

— Девчонка говорит ты маг. Предупреждаю — только дёрнись и останешься без башки. Терпеть не могу магов, — небритый жилистый мужчина обдал его луковым запахом изо рта и показал магический контроллер.

— Я элементалист, — гордо поправил его Маркел, но получил удар под дых.

— Терпеть не могу элементалистов.

Это было лишним — бить связанного. Жадно хватая воздух ртом, Дёмин пошёл вперёд, под присмотром напарника ударившего. Внутри всё кипело от возмущения: как так можно с ним обращаться? Куда смотрит мэр? С тем, кто годами приносил городу огромные прибыли, с тем, у кого один из лучших отрядов витязей…

«Был», — поправил он себя, вспомнив погибшую команду.

Если б не кучка сраных раг, он бы всех оттащил и спас, но они напали на него всей сворой.

«Большинство ушли с лишними дырками, ха-ха, надеюсь, сдохнут где-нибудь под кустом, а ребят жалко».

Маркел задумался о своём сгинувшем роде, о потерянных боевых товарищах и спросил конвоира.

— Слушай, чего ты такой злой? Ну намял я бока этому придурку спросонья, с кем не бывает? Можем договориться, мужики, я — Дёмин Маркел, мой отряд…

— Заткнись, — за короткой фразой последовало нажатие на контролёр, и ошейник стянул горло так, что чуть не сломал трахею, палец стражника контролировал силу сдавления.

По его затрепетавшим ноздрям и нездоровому блеску в глазах сразу видно — грёбаный изврат, а второму хоть бы хны, только клыки скалит.

«Шавки, ну, попадитесь мне где-то ещё — всё припомню».

— Говорить будешь, когда разрешат, — предупредил страж и вернул устройство как было.

Потирая шею, Маркел зыркнул на своего конвоира, но промолчал. Это не укрылось от внимания стража, и тот самодовольно хмыкнул. Пленника поместили в воняющую ссаниной камеру без окон и света, под землю. В темноте он чуть не опрокинул ведро с помоями, но всё же отыскал жёсткую лежанку.