Теперь никто из витязей не сомневался за кем здесь главенство, любопытно было другое — как именно мастер закончит свою партию. Будучи в меньшинстве, он играючи справлялся с целым арсеналом мечей. Наблюдать за уроком такого умелого фехтовальщика — истинное наслаждение, как оказаться за спиной художника-гения, рисующего свой шедевр.

Не единожды Маркел колотил присутствовавших здесь воинов, насмехался над ними, выставлял свою особенность за нечто недостижимое: сплав магии и воинского умения. Равного ему в «Жёлтом-70» так и не нашлось, кроме разве что боевых магов.

Никто и не спорил — силён чертяка, но, как это бывает со всеми взошедшими на вершину, сейчас его падения ждали с особенным наслаждением. Злорадно, будто волки почуяли кровь свергнутого вожака.

Перегруппировавшись, Маркел пошёл в прямой контакт. Пусть всё решиться здесь и сейчас. Остервенело бросился на мастера. Раз удар, два, три, четыре, десять… Бесконечный их поток лился как обезумевшая река, пытаясь пробить высокую плотину. Элементалист держал дистанцию, понимая свои возможности, но её неминуемо разрывал настойчивый напор японца.

Нобуёси подошёл к той грани, где уже ясно — всё, дальше не пробиться, каждый миллиметр уходил на оборону, физический заслон преграждал путь к цели. Поняв это, мастер отступил плавными шагами назад, чем спровоцировал атаку Маркела, но одно из щупалец опять лишилось своего оружия и попало в руки фехтовальщика, и тут элементалист захлебнулся в вихре стального скрежета и искр.

Японец узнал, всё, что ему надо, и пошёл в атаку. Одно за другим он ломал лезвия, демонстрируя обоерукое владение мечами и создавая вокруг себя непроницаемый кокон, об который разбивались даже безоружные воздушные руки. Словно их засасывало внутрь и развеивало. Приходилось создавать новые и тратить одномоментно запасы магической силы.

От незнания, что с этим делать, контроль Маркела ослаб, а воля парализовалась, он бился на последних её остатках, на инстинктах, но в конце всё равно выронил из правой ладони меч — настолько тяжёлым был удар мастера. Рука онемела до локтя.

Не веря своим глазам, он посмотрел на остановившийся у его шеи меч. Веяло жаром, настолько тот нагрелся от постоянных столкновений с металлом. Маркел кивнул, что сдаётся, и убрал всех элементалей. Оружие брякнулось на землю, а сам он, не в силах больше стоять, свалился на колени.

— Ты победил, — выдавил он из себя и сжал кулаки.

Он не поднимал головы и слушал, как ликует собравшаяся масса витязей, их уже перевалило за полтысячи. Рядом с ним воткнулся тренировочный меч.

— Плохо, — сказал ему Нобу, и Маркел стиснул от обиды зубы, — но мы над этим поработаем. Вставай.

С удивлением увидев руку мастера, он поднял глаза, ожидая увидеть презрение, но там его не было. Просто холодная оценка способностей. Этот человек не самоутверждался за счёт других, ведь сильному не нужно казаться. Это был первый преподанный Маркелу урок.

— Что теперь? — спросил он, когда обхватил за предплечье японца и встал.

— Теперь набор, — кивнул Нобуёси в сторону барона Черноярского, там вокруг уже выстраивалась очередь из желающих.

— Какой ещё набор?

— Господин Владимир собирает армию.

Маркел осмотрелся, и тут до него постепенно дошла суть происходящего. Весь этот бой, вся эта ситуация с миллионным призовым было не расточительством сбрендившего богатенького сынка.

Черноярский с самого начала знал — его человек победит. Предложив миллион в качестве призовых, он убил двух зайцев сразу: заставил Маркела забыть об осторожности и использовал его для демонстрации своих возможностей как барона. Теперь все в «Жёлтом-70» знают, кто такой Черноярский!

— Ха-ха-ха! — истерично рассмеялся Дёмин, прикрывая глаза ладонью.

Как же его, простака, провели, но таким и должен быть феодал — использовать каждую подвернувшуюся возможность, чтобы возвыситься. Идти по головам, использовать людей, но оставаться в их глазах уважаемым человеком. Маркелу хотелось, чтобы и его люди в будущем так же на него смотрели, как на этого мальчишку.

«Ещё не всё потеряно», — сказал он себе. — «Пожалуй, это не проигрыш, а новая возможность. Как говорил воевода: хочешь быть лучшим — учись у лучших. Рано пока возрождать род».

3 дня назад, «Жёлтый-70».

Мы определили Маркела на время к раздельщику туш в хорошую комнату — дочка ремесленника обещала присмотреть за ним, а сами заночевали в гостевом домике неподалёку. Время позднее — хотелось побыстрее лечь спать. Наутро нас ждало неприятное известие: спасённый нами витязь зачем-то затеял драку и был арестован стражей.

— Займись этим, — велел я Склодскому, который в любую щель заползёт и где надо подмажет, как никак убийца «А» ранга и актёр «B». — Приношу свои извинения, мой лекарь займётся вами и вот, — я протянул раздельщику двести рублей за беспокойство.