Она сужает глаза, наконец убирая руку с моей руки.

– Да…

– Вообще–то, я не думаю, что нам стоит продолжать делиться, – говорю я. – Я не представлял, сколько ты будешь использовать, и, честно говоря, я немного шокирован. Думаю, с этого момента лучше держать вещи раздельно.

Она смотрит на меня, моргая.

– Ты пришел сюда и оторвал меня от работы, чтобы сказать это?

Я снова почесываю руку.

– Это меня тяготило.

– Что ж, – резко бросает она, – я так рада, что ты скинул этот груз с души.

Она воспринимает это не так хорошо, как я надеялся. Оглядываясь назад, прийти к ней на работу и жаловаться было мудацким поступком. Но в свое оправдание скажу: она всегда работает по двойной смене, и я не знал, когда она будет дома. Я не хотел вести этот разговор в полночь.

– Послушай, – говорю я, – может, нам стоит подписать наши вещи, чтобы было проще.

– Тебе не нужно клеить ярлык на свои хлопья, Блейк. – Она усмехается мне. – Я больше не притронусь к ним. Обещаю.

– Я просто думаю, что так проще держать вещи раздельно, – пытаюсь я ее успокоить. – Я имею в виду, ты наш жилец. Мы ведь не друзья или типа того.

Уитни резко откидывает голову назад, словно я ударил ее. Она вытаскивает карандаш из–за уха, и на мгновение мне становится страшно, что она может ткнуть им в меня. Она глубоко вдыхает.

– Ты прав, – медленно говорит она. – Мы не друзья. Хорошо подмечено.

У меня были хорошие намерения, когда я зашел сюда, но я ужасно проваливаю этот разговор. Я пытаюсь придумать, что сказать, чтобы все исправить, но в этот момент в дверь закусочной входит семья.

– Извини, – говорит она мне, ее тон становится деловым. – Мне нужно работать.

Что ж, это был провал. Но, с другой стороны, я сказал то, что должен был сказать. Уитни почему–то обиделась, но правда в том, что мы не друзья. Она просто девушка, которой мы сдаем комнату. И как только я встану на ноги, она уедет.

В любом случае, не думаю, что сегодня она принесет домой торт, чтобы отпраздновать мой первый день на работе.

Глава 13

Мы с Кристой прижались друг к другу на диване и смотрим фильм.

С тех пор как я начал работать, на прошлой неделе она стала более нежной. Неважно, что моя работа – это, по сути, должность плохо оплачиваемого стажера. По крайней мере, я зарабатываю немного денег. И есть некоторый шанс, что эта должность станет постоянной, если я произведу на них впечатление.

Погода тоже идеально подходит, чтобы прижаться друг к другу на диване. На улице сильный дождь, и вся комната озаряется вспышкой молнии, за которой следует раскат грома. Громкий звук заставляет Кристу прижаться ко мне еще ближе. Я обнимаю ее и сжимаю крепче (девятый уровень). Она поднимает лицо, чтобы взглянуть на меня, и ее губы блестят в свете от телевизора. Хотя мы посмотрели только половину фильма, я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее.

– Ты вкусно пахнешь, Блейк, – шепчет она мне на ухо.

Я пахну своим обычным мылом и шампунем, которые мне пришлось докупить после того, как Уитни их полностью израсходовала. Насколько я могу судить, она больше ими не пользовалась, купив себе собственный флакон геля для душа Dove. И мне больше не приходится пахнуть абрикосами и кокосами – двумя самыми немужскими фруктами, известными человечеству.

– Ты тоже вкусно пахнешь, – шепчу я в ответ.

Я снова целую Кристу, на этот раз более страстно, прижимая ее к подушкам дивана, пока ее пальцы впиваются в мышцы моей спины. Моя рука скользит под ее футболку, и я почти дотянулся до ее бюстгальтера, когда слышу, как на входной двери поворачиваются замки, и я отскакиваю от нее.

Черт возьми, я ненавижу, что у нас живет квартирант. Я чувствую себя подростком, который пытается тайком поласкать свою девушку, пока родителей нет дома, и это ощущение совсем не из приятных.

Уитни стоит в прихожей позади нас, отряхивая воду с обуви о нашу придверную подстилку. Я слышу, как она возится со своим зонтом и тяжело вздыхает. Я бы хотел, чтобы она поскорее поднялась к себе в комнату.

Минуту спустя Уитни заходит в гостиную, промокшая насквозь, с волосами, прилипшими к голове. Будь на ней макияж, он бы растекся по щекам. Она смотрит на нас, неловко сидящих на диване.

– Я что–то прервала? – говорит она дразнящим тоном, хотя в ее глазах нет и капли юмора.

С тех пор как я поговорил с Уитни в закусочной, наши отношения сильно испортились. Она почти не разговаривает со мной, а когда говорит, ее тон явно недружелюбный.

– Мы просто смотрели фильм, – подхватывает Криста, не замечая напряжения между нами. – Хочешь попкорна? Мы нажарили целую кучу.

– О, нет, – саркастически говорит Уитни. – Я бы не хотела его полностью израсходовать.

Криста не улавливает подтекст в ее голосе.