Он разозленно колыхался передо мной, хотя за тот год, что я его не видел, обрел некоторую плотность. Не в смысле, что растолстел, а в смысле, что изображение теперь казалось куда более материальным, чем год назад. Даже зеленый дымок от кристалла был плотнее и поглощался с куда большим удовольствием, хотя выглядел бог всё равно недовольным.

— Ты меня очень подвел, — заявил он. — Если бы ты сделал всё, как мы договаривались, был бы уже свободным.

— Вы мне врали с самого начала, — напомнил я. — Я бы никогда не согласился на смерть в мучениях. Так что снимайте печать и расстанемся недовольными друг другом.

— Я не могу снять, — ожидаемо ответил он. — Потому что для этого мне нужно воплотиться в этом мире. А сама она не снимется, потому что условие не выполнено. Активируй реликвию правильно — и всё закончится.

Правильно — это в себе? Вот спасибо. С учетом моих планов вариант совсем непривлекательный.

— Насколько мне помнится, вы обещали, что я смогу после выполнения вашего поручения спокойно жить в этом мире.

— Но ты же его не выполнил, — заявил он. — Так чего ты хочешь?

— Я? Отправить жалобу.

Похоже, мне удалось его удивить.

— Какую еще жалобу? Кому и как ты ее собрался отправлять?

— Вызову другого бога кристаллом другого цвета, — заявил я, заметил, как дернулось изображение бога, и продолжил уже куда увереннее: — Он подскажет, что нужно делать. Ему наверняка будет интересно узнать, как кто-то нарушает правила, чтобы изменить баланс игры в свою пользу.

— Я не нарушаю правила.

— Нарушаешь, — отрезал я, решив больше не обращаться к нему с уважением. Не заслуживал.

— Я имею право на нескольких личных адептов, — попытался он выкрутиться.

— Я — не твой адепт, — отрезал я. — Я жертва обмана. Это любой суд признает.

— Какой суд? — он поморщился.

— Откуда мне знать, какой у вас там суд.

— Давай ты станешь моим адептом?

— У адепта должны быть права, отличающиеся от почетной смерти при восстановлении реликвии. Умирать я не собираюсь. И сделал я для тебя достаточно, чтобы ты мог хотя бы сказать спасибо, а не наезжать.

— Ты — наглая смертная букашка и имеешь наглость что-то там вякать? — опять разозлился он.

— Имею. Обманывать даже наглых смертных букашек нехорошо.

Он растерял остатки величественности и смотрел на меня со злостью.

— Они нарушили первыми.

— Подозреваю, что с доказательствами туго. Тоже наверняка использовали смертных букашек, как ты меня.

— Договор исполняется, следов не остается, — подтвердил он.

— Если активирую другим человеком, договор всё равно исполнится?

— Исполнится, — подтвердил он обрадованно. — И мы тогда не будем ничего друг другу должны.

— С чего бы? — удивился я.

— С того, что я тебе отсыпал авансом столько, что ты должен мне до конца жизни быть благодарным.

— Только жизнь должна была стать короткой, чтобы никто ничего не заподозрил, да? Ты меня обманул, и я имею право на компенсацию. И когда я ее получу, тогда мы и не будем друг другу ничего должны. Не раньше. И вообще, выдать требуемое в твоих интересах, потому что я хочу усилить людей, которые будут восстанавливать реликвии.

— Восстанавливать? — заинтересовался он наконец. — Я могу кое-что передать, но при условии, что никогда ни от кого не прозвучит источник.

От кристалла к нему ровным потоком шла зеленая дымная струя, которую он продолжал втягивать с явным удовольствием.

— Мне нужно дать магию нескольким людям — это будет новое княжеское семейство на территории с недавно разрушенным источником.

— Это не моя реликвия, — сразу сказал бог. — Не заинтересован. Из моих две были восстановлены, но привязка слабая, не могу проявиться и контролировать.

Посмотрел он на меня с выражением «лучше бы ты правильно сдох», но я не проникся и продолжил:

— Но, если мы ее восстановим твоим заклинанием, не привяжется ли она к тебе?

— Интересный вопрос. — Глаза его забегали, как будто он что-то читал с экрана. И он обрадованно сказал: — Точно, привяжется. Пожалуй, на этом можно неплохо поднять очков.

— Рад за тебя. Но то, что для вас игра, для нас — жизнь. А надо мной еще постоянно висит смерть либо от договора, либо от носителей Скверны, которые устроили на меня охоту. И если ты хочешь, чтобы я отказался от идеи подать жалобу и стал твоим адептом, то ты должен меня убедить в том, что сотрудничество с тобой полезно.